— Сюда иди.
Подошла, тяжело дыша, чувствуя, как дрожат ноги. Дернул за руку и усадил к себе на колени так что мои ноги оказались по обе стороны от его бедер. Член уперся мне в живот доставая до грудной клетки.
Глава 3
Он приподнял меня за талию и прижал к себе.
— Остановитесь! — крикнула я, но он сдавил меня еще сильнее.
— Я только начал.
— Это мой первый раз…я не хочу так!
Посмотрел на меня темными, злыми глазами, горящими похотью.
— А кто сказал, что меня волнует, как ты хочешь!
— Пожалуйста…
Брови сошлись на переносице. А я… я наклонилась к его чувственным губам и коснулась их своими губами. Потом поцеловала его и он жадно сжал мою талию еще сильнее. Завладел моим ртом, язык проник глубоко, толкаясь в мой. Не то чтоб неприятно, но странно. Рустам целовался иначе. Нежнее. А Джахангир буквально пожирал мой рот, кусал и сосал мои губы, двигался так неистово, что у меня дух захватило, я сжала пальцы на его плечах, а он поднял и опрокинул меня на посталь. И навис надо мной, я невольно уперлась ладонями ему в грудь, сильную, накачанную, горячую. Его дыхание обжигало…Он наклонился и прижался губами к моей шее, обвел языком мочку уха, спустился ниже, к ключицам, его руки развели мои ноги в стороны, притянул к себе за ягодицы.
— Не надо…жалобно пропищала я, а он ухмыльнулся…и его член уперся мне прямо во вход во влагалище.
— Поздно, малышка…, — резкий толчок и он во мне.
Слезы адским потоком из глаз, взгляд остекленел от боли. Меня буквально выгнуло под ним.
— Сука…пиздец как узко, — прохрипел он и громко застонал. Потом посмотрел на мое лицо, — дыши глубже и расслабься.
— Мне больно…, — тихо сказала я, скривив лицо, но он сжал мои щеки ладонью и начал двигаться внутри, целуя мои мокрые соленые губы. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, он шептал что-то на своем языке и врезался в мое тело. А я просто ослепла от боли. Он был огромным, он бился внутри как огромная кувалда, мне кажется, меня растянули до трещин, а теперь я еще и знаю где я заканчиваюсь, потому что головка члена бьет что-то внутри очень чувствительно. Я уставилась в одну точку. Это кончится. Рано или поздно. Он голодный, вряд ли у него недавно был секс, он быстро кончит. Я читала об этом и знаю. Но он не кончал, он вбивался в меня и часто дышал, сквозь стиснутые зубы. Потом сдавил мою шею, несколько раз толкнулся и громко, хрипло застонал, застыв на несколько секунд. Я ощутила, как внутри разливается, что-то горячее. В голове мелькнула мысль, что презерватива теперь не было.
Он медленно вытянул из меня член и сел на кровати. А я так и лежала с раздвинутыми ногами, как бабочка, которую пришили на месте. Бедра свело судорогой, внутри как будто все еще его член, все пульсирует, болит, щиплет. Слезы так и катятся по щекам.
Джаганхир встал с кровати и молча пошел в душ. На меня даже не посмотрел.
Вот и все. Я теперь не девочка…мой первый раз был кошмаром. И уж точно я его никогда не забуду.
Когда вернулся подошел к столу, налил остатки виски, выпил, не поврачиваясь ко мне хрипло сказал.
— Не уходи никуда. Я доплачу. Останешься еще на сутки!
Нет-нет-нет. Мы так не договаривались. Я не останусь. Я видеть его не хочу. Я хочу отмыться от его лап. Хочу просто забыть, не вспоминать никогда.
Джаха вышел, а я вскочила с постели, чуть не упала, на ослабевших ногах, добежала до душа. Вымылась, смывая кровь и следы спермы. Стараясь вымыть как можно глубже. Влагалище не просто болит — огнем горит. Дотронуться невыносимо больно. Я вышла из душа, натянула платье, надела туфли и постучала в дверь камеры. Пришел какой-то здоровенный парень.
— Выведи меня отсюда.
— Мне велено, чтоб ты оставалась.
— Я свое пробыла. Мне все равно, что вам велено. Все. Мое время вышло. Уводите.
Он хмыкнул и позволил выйти, а потом повел меня по коридору. Я выскочила из проклятого здания, поймала такси и поехала домой. В машине меня начало трясти и по щекам снова покатились слезы.
— Эй, девушка, вас кто-то обидел?
Заботливо спросил водитель, я отрицательно покачала головой и натянула юбку на колени, судорожно глотая воздух. Нужно что-то купить в аптеке…говорят с первого раза можно залететь. Божееее…Пусть Павлик выйдет и все забудется как жуткий сон.
Дома я снова мылась в душе. Просидела там несколько часов. Потом приняла постинор.