Эйвери

Боль с головокружением пробуждают меня от бессознательного состояния. К горлу подступает тошнота, рот наполняется слюной. Давление в голове пульсирует ударной волной, распространяясь вниз по позвоночнику и вспыхивая в такт огонькам, мигающим под моими закрытыми веками.

Произошедшее в мгновение промелькнуло прямо перед моими глазами, как перемотка назад. Я схватилась за руль, и машина перевернулась. Я открываю глаза и тут же закрываю их, чтобы не потерять ориентацию в пространстве.

Мир перевернулся с ног на голову.

Кашель заставляет меня собраться с мыслями, и я бросаю взгляд на агента Бэлл - Альфу. Слишком большой поток информации обрушивается на мой мозг подобно урагану. Я вытаскиваю руку из щели между дверью и сиденьем, стиснув зубы от боли, и морщусь, когда наручник впивается в запястье. Я глубоко дышу, стараясь ослабить давление в груди.

Ключ.

Запах бензина наполняет машину. Аварийные огни вспыхивают сквозь разбитое лобовое стекло. Сначала я пытаюсь пнуть дверь, чтобы сломать ручку, но каждое движение вызывает мучительную боль в конечностях.

Я придвигаюсь ближе к Лене и лезу к ней в карман. Мои пальцы цепляются за кольцо с ключами. От охватившего меня облегчения, мои движения становятся более быстрыми и резкими. Она не шевелится, пока я перебираю каждый ключ в поисках того, который освободит меня. С третьей попытки манжета расстегивается, и моя рука оказывается на свободе.

Пошевелив онемевшей кистью, мою кожу словно пронзает тысяча иголок.

Секунды тянутся, пока я обдумываю свой следующий шаг. Необходимость бежать противоречит всякой логике, но я не могу думать как жертва. Телефон. Пистолет. Я снова смотрю на Лену, принимая решение.

Чтобы это закончилось, ее нужно уничтожить. Она никогда не остановится. Лена - психопатка самой пугающей разновидности. Она построила империю на своем безумии, и до сих пор вела процветающий бизнес. Это делает ее еще более опасной.

Есть и другие жертвы.

Я протягиваю дрожащую руку к ее куртке и ищу телефон. Кровь спутывает ее волосы и стекает по лбу. У нее рассечена переносица. Я мгновенно диагностирую ее раны: сотрясение мозга. Возможно внутреннее кровоизлияние. Если она не проснется... возможно, она никогда больше не придет в сознание.

В этот момент она кашляет, и ледяные пальцы обхватывают мое запястье, еще шокируя меня. Словно в сцене из плохого фильма ужасов, Лена оживает.

Вырываясь из ее хватки, я пользуюсь тем, что она все еще пристегнута, и прижимаюсь спиной к двери. Я хватаюсь за ручку и нажимаю на консоль, со стоном приоткрывая дверцу.

- Чертова сука, - бормочет она. Затем она бросается наперерез мне, пытаясь справиться с ремнем безопасности. Ее взгляд переключается на меня, когда раздается щелчок отстегиваемого ремня.

Мы пристально смотрим друг на друга, тратя на это лишь мгновение, прежде чем она набрасывается на меня, и я падаю назад.

Осколки стекла и щебня впиваются в спину, но я использую эту острую боль, чтобы сосредоточиться. В ту же секунду мой взгляд фокусируется, и я поднимаюсь на ноги. На темной дороге нет чьего-либо присутствия. Когда мы съехали с шоссе?

Пронзительный крик из опрокинутой машины привлекает мое внимание, и я перевожу взгляд на дорогу. Изучая оба направления. Мне нужно бежать. Неправильно, если я не побегу. Если пойду по дороге, она может застрелить меня. А может, и нет...Я все еще нужна ей. Но в компании с сумасшедшим агентом ФБР я не могу рисковать.

Дверь со стороны водителя со скрипом открывается, ударяясь о дорогу, и мои инстинкты срабатывают. Я устремляюсь к деревьям неподалеку. Как можно быстрее перебирая ногами, ощущаю, что каждый шаг отдается огненной судорогой в позвоночнике. Я срываюсь на бег, когда тишину разрывает выстрел.

Она, блять, стреляет в меня.

- Я могу выстрелить в твою ногу, - кричит она. - Это было предупреждение.

Я ей верю. Следующий выстрел взрывает пучок травы прямо передо мной, и я ныряю в сторону, прикрывая голову. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Пот обжигает каждый порез и царапину на моем теле, и я неуверенно поднимаюсь на ноги. Адреналин обжигает вены, когда я поворачиваюсь к ней лицом.

Лена не торопится подойти ко мне. Ее нога волочится по земле, и каждый шаг обнажает боль, искажающую ее лицо по мере приближения.

- Это было неуместно, - выплевывает она и бьет меня пистолетом по лицу. На этот раз с силой. Ночь вспыхивает и исчезает, и ослепляющая боль затмевает мое зрение. Затем я поднимаю взгляд с земли. Я моргаю, прогоняя навернувшиеся на глаза слезы, и вижу, что она стоит надо мной.