Я чувствую, как растет ее беспокойство, атмосфера между нами сгущается из-за ее опасений.

- При всем уважении, агент, я думаю, что место преступления немного более актуально.

Я пожимаю плечами.

- Это только так кажется. Давай посмотрим на это объективно. Охоты на людей больше не будет. Каждый человек, представляющий интерес в этом деле, либо мертв, либо заключен в тюрьму. К чему будут все эти доказательства?

Ей требуется несколько секунд, чтобы обдумать мои слова.

- Доказательства крайне важны. Мы только предполагаем, что МакГрегор приказал убить двух своих людей, - она делает паузу. - Троих, включая Райланда Мэддокса.

- У тебя есть другая теория?

- Я работаю не на основе теорий, - в ее голосе слышится нотка нетерпения. - Вот почему так важно изучить все улики. Чтобы я могла дать детективам то, что им нужно для проведения расследования и разработки теорий.

- И ты так хорошо справляешься с тем, чтобы дать детективу Куинну то, что ему нужно.

- Простите? - огрызается она.

Я пренебрежительно машу рукой, а затем крепче сжимаю руль.

- Десять минут не помешают расследованию, - говорю я. - Во всяком случае, тому, что от него осталось.

Я слышу, как она делает глубокий вдох.

- Мои личные отношения с детективом Куинном заставляют вас сомневаться в моей профессиональной этике? Моей способности выполнять работу?

Смех вырывается наружу. Она такая дерзкая.

- Я никогда не сомневалась в твоих способностях, доктор Джонсон. Как раз наоборот, - я сворачиваю на шоссе. Ее отвлеченное внимание мешает ей заметить, что мы направляемся в сторону аэропорта.

- Тогда я не понимаю…

- Назови то, что ты хочешь, - говорю я ей.

- Простите?

- Только одно. Первое, что приходит в голову. Это простая просьба, но в ней заключено глубокое понимание. У такого преданного делу человека, как ты, есть цель. Намечен путь к своему будущему. Итак, скажи мне: что стоит на первом месте в твоем списке, к чему ты стремишься каждый день?

Ее тело повернуто в мою сторону. Я чувствую, как ее пристальный взгляд сузился на мне, а смятение вместе с испугом исходят от нее, буквально крича о себе.

- Тогда я начну, - говорю я. - Я читала твое досье. Я знаю, что твои родители погибли в автокатастрофе, и что ты некоторое время боролась за место в колледже, - я оглядываюсь. - Должно быть, это было нелегко. Но ты преодолела все трудности. Ты пробила себе дорогу наверх. Ты стала лучшей на курсе и сразу же получила место судебного патологоанатома в Нью-Йорке.

Она отводит взгляд.

- Какое это имеет отношение к нынешней ситуации?

- Большое, - мы обмениваемся взглядами. - Женщине нелегко превзойти своих коллег-мужчин, - я смеюсь. - Поверь мне, я знаю. Для этого нужна особая дисциплина, - я подмигиваю ей. - К сожалению, старая пословица все еще верна: мы должны работать вдвое усерднее, чтобы нас воспринимали вдвое лучше, - я продолжаю. - Ты отклонила предложение стать главным судмедэкспертом в Нью-Йорке. Было ли это вызвано твоим собственным страхом, или у тебя на примете есть более солидное место?

- Откровенно говоря, агент, это не ваше дело, - она щелкает по экрану телефона и открывает текстовое приложение.

Я сжимаю руль до боли в костяшках пальцев.

– Здесь нет сигнала.

Ее руки замирают. Кое-что доходит до ее сознания, но она не может понять, что именно. Пока нет.

- Остановите машину.

- У нас схожая история, - продолжаю я, игнорируя ее требование. - Ну, не в смысле трагедии. Смерть моей матери вряд ли можно было назвать трагическим случаем.

- Почему я не могу поймать сигнал?

- Тише, - успокаиваю ее я. - Невежливо перебивать. Слушай. Это очень важно, - я с искренностью смотрю на нее. - Это несправедливо, что я читала твое досье и знаю интимные подробности твоей жизни. Будет правильно, если я поделюсь в ответ некоторыми личными подробностями своей жизни.

Я замедляю машину, чтобы мы могли спокойно ехать по шоссе. У нас есть время.

- Моя мать была шлюхой, - признаюсь я, нарушая тишину, – которой платили. Мой дом был переполнен сексом. Запах. Эти звуки. Стыд - он въелся в мои поры. Ее клиенты приходили в любое время, - я едва сдерживаю усмешку, конечно, они смеялись. - Мне было всего четырнадцать, когда они начали обращать внимание на меня.

Эйвери бесполезно постукивает по экрану своего телефона. Шум отвлекает. На сегодня с меня достаточно отвлекающих факторов. Я протягиваю руку через консоль и вырываю телефон у нее из рук. Она сопротивляется изо всех сил. Я впиваюсь ногтями в ее кожу, и когда машина начинает сворачивать, ее хватка ослабевает.