– Мне жаль, – сказал Скотт, когда Райан уже ушел. Я хотел забрать Сью из этого дурдома и отвезти ее домой, в безопасное место, накрыть одеялом и заснуть рядом, вдыхая чистый аромат цветов с ее кожи. Но шериф все еще слонялся поблизости. – Прости, не хотел, чтобы это дерьмо вышло из-под контроля.

Я перевел взгляд на парня. Тот поджал губы, избегая смотреть мне в глаза.

– Все в порядке. Засранец выживет и усвоит урок, – я успокаивал себя грубыми выражениями, хотя внутри все еще бушевал ураган.

На долю секунды Скотт опешил. Потом его лицо исказилось какой-то странной гримасой.

– Он кое-что сказал мне, когда ты появился за дверью. Не знаю, может быть, потому что обкурился и навыдумывал, а может быть, потому что…

– Думал, что умрет, – цинично закончил я.

Тот пожал плечами.

– Как знать. В общем, то, что он сказал… Думаю, тебе следует знать.

Хотел ли я знать, о чем поведал мой сводный брат первому встречному в задымленной лаборатории? Не особо. Но тем не менее приготовился слушать слова Скотта.

И чем больше он говорил, тем сильней мои ноги дрожали под тяжестью веса, обрушенного на мои плечи. Не слишком ли много событий для одного дня?

– Это не может быть правдой, – выдавил я, когда парень закончил.

– Думаю, точный ответ знает лишь один человек. И он прямо там, за дверью.

Да, черт возьми. И я собирался узнать всю правду прямо сейчас. Поблагодарив Скотта, на нетвердых ногах вернулся в комнату ожидания. Как будто почувствовав мой взгляд, Ребекка вскинула голову. Миллион выражений пробежали по ее лицу разом, когда в глазах вспыхнуло понимание.

– Нам надо поговорить. Наедине, – отчеканил я, не сводя с нее глаз.

Мне было восемнадцать, когда жизнь дала пощечину, пламя от которой до сих пор опаляло кожу. Бабушка твердила, что все мы совершаем ошибки, и, стало быть, я выбилась в абсолютные лидеры среди тех, кто умело превращал свою жизнь в кучу мусора.

В тот день я стояла в школьном туалете, ощущая, как все тело сковывает липкой паутиной ужаса. Это не должно было быть правдой, но жизнь распорядилась по-своему. Элис Дил встала рядом, когда я плеснула себе в лицо холодной водой, скрывая наворачивающиеся слезы. Если дам ей увидеть свою слабость, это смоет остатки самоконтроля. Она была последним человеком, которого я хотела бы видеть здесь.

– Эй, ты в порядке? Выглядишь неважно, – когда рука коснулась моего плеча, захотелось провалиться под землю. Ее вопиюще-прекрасное помолвочное кольцо на безымянном пальце будто насмехалось надо мной. – Послушай, нам давно пора поговорить о случившемся…

Мы были подругами почти всю свою жизнь, и даже в самом извращенном кошмаре я не могла представить, что окажусь третьей стороной этого уродливого любовного треугольника. Не говоря ни слова, закрутила кран и, вытерев руки о форменную юбку чирлидерши, вылетела из уборной.

– Бекс, стой! Пожалуйста! – окликнула Элис, но я не обернулась. Не сбавляя шаг, побежала к мужским раздевалкам у бассейна, зная, что тренировка спортсменов уже закончилась.

– Эй, какого хрена! – закричал кто-то, когда, проклиная все на свете, ворвалась в помещение, заполненное паром и полуголыми телами.

– Мне нужен Крис, – три слова слетели с дрожащих губ быстрее, чем я осознала серьезность происходящего.

– Куколка, ты могла подождать, пока мы оденемся, – ехидно заметил один из парней, не потрудившись прикрыть свой обнаженный член. – Если, конечно, все это не часть какого-то безумного вуайеристского фетиша, – он поиграл бровями, и тошнота подкатила к горлу.

– Мне просто нужен Крис, – отступила назад, столкнувшись спиной с твердой грудью.

– Бекки? Что… – Уилл не договорил, когда мои ноги отказались удерживать тело, а из глаз брызнули слезы.

– Где Крис? – сквозь рыдания просипела я.

– Отвали, Джастин! – бросил Уилл, выводя меня обратно к бассейну и усаживая на изогнутую пластиковую скамью. – Его не было на тренировке. Я вообще не видел его сегодня. Жди здесь!

Спустя пять минут парень вышел из раздевалки с мокрыми волосами и наспех застегнутой одеждой. Мы молчали, пока он забирал мои вещи из шкафчика, заводил свой пикап и вывозил нас со стоянки.

Уилл был образцом немногословности и сострадания, при этом обладая красивой мужественной внешностью. Почему я не могла влюбиться в кого-нибудь вроде него? От этой мысли глаза снова защипало.

– Не хочешь рассказать мне, что мудак Андерс сделал на этот раз, чтобы знал, за что сяду в тюрьму? – спросил парень, проезжая мимо старой церкви и сворачивая на нашу улицу.

– Крис тут ни при чем. Если кто и облажался, так это я.

И я рассказала Уиллу все.

– Боже, Бекки. Ты уверена?

– Я сделала тест дважды, – мой голос сорвался. – Что теперь будет, Уилл? Уже слишком поздно что-то предпринимать, и колледж мне не светит, а бабушка получит сердечный приступ, когда узнает. Но даже это не самое страшное.