Трепет от недавнего поцелуя рассеивается. Он утратил свою значимость. Не осталось нежной истомы. Только стыд. И мерзкое чувство, будто мной воспользовались и бросили, будто Эйсто просто поиграл с моим сердцем. Ведь… «Он просто был пьян, Вивьен. А ты раздула».

Не представляю, как смогу теперь смотреть Эйсто в глаза. Как выдержу счастливое выражение лица Стеллы. Уверена, завтра эта стерва будет улыбаться в три раза ярче и обнимать Эйсто еще чаще. Как мне теперь сдержаться, чтобы не расцарапать ей лицо?

Я месяц морально готовилась к этой поездке, собиралась с духом перед встречей с Эйсто и его пассией. Месяц настраивала себя, чтобы не сорваться и не испортить всем уикенд. Месяц вдалбливала себе в голову, что я сильная и справлюсь, переживу эти гребаные два дня без нервных срывов, ведь я преследую свою важную цель. Если бы я знала, что у Эйсто хватит наглости трахнуть здесь Стеллу, сколько бы времени мне потребовалось для подготовки? Уверена, не хватило бы и вечности.

Поэтому сейчас мне хочется собрать свои вещи и удрать домой, не дожидаясь утра. Скрыться во мраке леса, вдавить педаль газа в пол, разогнаться на полную мощность и нестись, нестись подальше отсюда без оглядки. Но вместо побега я сгребаю себя с пола, заставляю умыть лицо, почистить зубы и вернуться обратно в свою одинокую постель.

Перехотелось даже курить. Лучше поскорее отключиться. Завтра мне потребуется много сил и ясный рассудок, чтобы выяснить причину моей последней смерти при «Погружении».

Но это будет завтра. Сейчас — просто уснуть. Отогнать от себя мысли, выбросить из головы чужие стоны, что до сих пор сводят с ума. Перестать наконец плакать. И уснуть. Просто. Уснуть.

***

Кромешная тьма.

Она вязкая и липнет к коже. Конечности обволакивает ледяной воздух и пробирается до костей.

Я не могу разглядеть даже собственных пальцев, поэтому касаюсь ими лица, чтобы убедиться, что я все еще существую.

Вроде бы существую. Мрак не расщепил меня на атомы. Но мое тело холодное, словно я вовсе не жива. Ноги тяжелые как камни. У меня едва получается сделать шаг. Скорее я просто подтягиваю одну ногу к другой.

А зачем? Куда я иду?

Я не знаю. Двигаюсь по зову сердца. Только его стук разбавляет давящую тишину. И я продолжаю идти вперед, на ощупь прокладывая себе путь. Я трогаю предметы, изучаю их формы, материал. Кажется, справа от меня деревянные ящики. Я замираю и делаю глубокий вдох. Смесь запахов резины, химикатов и сырого бетона заполняет легкие, и я понимаю, где нахожусь.

Я в гараже Фреда. Снова.

Но почему я здесь? Почему одна? Куда подевался Эйсто?

— Эйсто. — Я тихо зову его, но никто не отзывается. — Эйсто, ты где? Слышишь меня? — Мой крик остается без ответа, его поглощает темнота.

Меня охватывает отчаяние. Я стараюсь идти быстрее, как мне кажется, к выходу. Я почти бегу, но цепляюсь каблуком за какую-то неровность в полу и падаю на колени. На меня сверху летят пластиковые ящики. Их содержимое высыпается мне на плечи и голову. Я прикрываюсь руками и не могу выпрямиться. Звон железа эхом отскакивает от пустых гаражных стен.

Я стою на четвереньках и вижу, как гаражные ворота начинают медленно ползти вверх. Полоса света от уличных фонарей просачивается в помещение и слабо освещает бетонный пол. Мое тело сковывает страх. Я пробую тихо пятиться, зажав рот рукой, но в паре ярдов от меня, между приоткрытыми воротами и разбросанными ящиками, появляется чей-то силуэт.

Я не вижу человека, только очертания ног, и они шагают прямо на меня. Я пытаюсь встать, чтобы поравняться с человеком лицом. Колени саднит от ран. Перед глазами все плывет. Я часто моргаю, пытаясь привыкнуть к свету, но не могу сфокусироваться на приближающемся силуэте.

— Вивьен!

Я оборачиваюсь на родной голос за своей спиной. Это Эйсто. Он тоже где-то здесь. Но прежде, чем я успеваю раскрыть рот, чтобы ответить ему, меня сбивают с ног мощным ударом в висок.

***

— Вивьен!

Я резко отрываю голову от подушки и жадно глотаю воздух.

— С добрым утром, крошка.

— Эйсто… — первое, что на автомате вырывается из моего рта.

— Тебе пора прекращать просыпаться с его именем на устах. Это уже попахивает одержимостью.

Я протираю глаза и вижу лицо Фреда, сияющее ослепительной улыбкой напротив моего лица.

— Какого черта?! — Я хватаюсь за одеяло и рывком натягиваю его обратно до плеч.

— Не парься. Твою сексуальную футболочку я уже успел разглядеть, — ухмыляется Фред, дергая одеяло на себя.

— Какого хрена ты тут делаешь?! — Я толкаю друга в плечо, и тот сваливается с моей кровати, оставляя одеяло в покое.

— Ауч! Я вообще-то будить тебя пришел. — Фред вяло поднимается на ноги и кривится, почесывая зад.

— Ты вломился в мою комнату! Извращенец!

— Фактически — нет. — Он взъерошивает свои волосы. — Дверь была открыта.

— Ч-ч-черт… — шиплю я, комкая в кулаках края одеяла. — Все-таки забыла запереть.