Я обхватываю затылок Вивьен и впиваюсь в ее губы. Во рту чувствуется слабый металлический привкус, но он быстро растворяется в сладости ее языка. Вивьен рьяно подается навстречу и отвечает на поцелуй, обхватывая мою шею руками.

Не я целую Вивьен: год тоски терзает ее губы, оживляя воспоминания, которые я когда-то замуровал в глубине души. Один поцелуй вскрыл их все. Одно прикосновение — и будто не было этого года не с ней. Яркая вспышка озарила мой мозг, и я вспомнил все, что так отчаянно хотел забыть. А я ведь верил, что смогу. Надеялся, что прошлое больше никогда не потревожит меня. Но ошибка в том, что я не был в этом уверен.

Я хочу оторваться, но лишь углубляю поцелуй. Я так сильно изголодался, что теперь не смогу насытиться. Потребность в Вивьен только росла, а не угасала, и теперь я не знаю, что нужно сделать, чтобы ее утолить.

Черт возьми, я слаб, и я сорвался. Я жалок и бесчестен. Но как же сладки ее губы. Мой запретный плод, ради которого я готов гореть в аду. Но это будет потом, через одну минуту после нашего общего рая.

Вивьен запускает пальцы мне в волосы и оттягивает их, как я люблю. Моя последняя моральная преграда разносится в щепки. Я наваливаюсь на Вивьен, и мы съезжаем вдоль дивана на ковер. Мой пах упирается ей между ног, и я рефлекторно толкаюсь вперед, желая сорвать с губ Вивьен несдержанный стон. Она прикусывает мою нижнюю губу и покачивает бедрами навстречу моему толчку, пробуждая во мне зверя. Моя безумная дрессировщица вернулась, и зверь готов к новому противостоянию.

— Эйсто… — приглушенно стонет Вивьен и выгибается подо мной.

Ее руки пробираются под мою футболку и прижимаются к напряженному торсу. Я ласкаю языком шею Вивьен, оттягивая и посасывая нежную кожу. Мой любимый вкус после вкуса ее любимых губ.

Я не соображаю, что творю. Разум затуманен. Не понимаю, пьян я или опьянен. Вивьен сводит меня с ума. Но это неправильно. Не так все должно быть. Не таким образом. Нет.

Чудом нахожу в себе силы и отталкиваю себя от Вивьен. Скатываюсь набок и резко вскакиваю на ноги. Мое дыхание сбито. Я с жадностью глотаю воздух и нахожу опору в деревянной колоне. Упираюсь в нее спиной и запрокидываю голову, чтобы не смотреть Вивьен в глаза.

Она дышит так же часто, как и я, и молчит.

Правильно. Слова излишни. Да и что мы можем друг другу сказать, когда оба понимаем, что переступили черту?

Нет. Я переступил. Я нарушил все устои. Я кретин. Я наплевал на чувства Вивьен. Я ведь даже не спросил, чего она хочет, что ее гложет. И сделал только хуже. И Вивьен, и Стелле.

Гребаный эгоист. Думал только о себе. Утолял свою похоть, свои потребности. Свою чертову жажду. И алкоголь не оправдание мне.

«Прости, Вивьен. — Надеюсь, она сможет прочитать по глазам, потому что я не способен произнести ни слова. — Ты последняя, кому я хотел причинить боль, но я снова это сделал. Я эгоцентричный мерзавец. Лжец. Я вру тебе, но себе — в разы больше. Я не забыл. И никогда бы не смог. Я не переставал любить тебя».

— Вивьен… — начинаю я, но понятия не имею, что скажу дальше.

Она осторожно вскарабкивается на диван, поправляет мятую от моих рук рубашку и смотрит мне прямо в глаза.

— Черт! Кажется, я разгромил по пути какую-то вазу. Или не я… Но тут осколки. — Фред вваливается в гостиную и упирается боком в комод.

Моя голова пустеет. Даже если я и хотел что-то сказать Вивьен, то уже не вспомню. И не смогу.

— Ни хрена не видно в этой гребаной темноте. Надо было все-таки включить эту гребаную люстру, а не вот этот… как его… фонарь. — Фред встряхивает копну кудрявых волос.

— Торшер, — поправляет Вивьен, привлекая внимание друга к себе.

— Какого хера?! — внезапно вскрикивает Фред и резко порывается в сторону Вивьен. — Что с твоим лицом?! Откуда кровь? Это ты ударил ее, мудила? — В мгновение он оказывается передо мной и хватает меня за горло футболки.

— Эй, остынь! — Я толкаю Фреда в грудь, но он снова подскакивает ко мне, размахивая руками. — Я сказал: остынь! — Грубее пихаю кудрявого, тот путается в ногах и валится на диван рядом с Вивьен.

— Успокоились оба! — Вивьен удерживает Фреда за плечо и не позволяет ему опять броситься на меня. — Эйсто не виноват. У меня просто пошла кровь из носа. Прекрати, Фредс. — Она нежно поглаживает руку своего друга, усмиряя его пыл, пока Фред непрерывно смотрит на меня исподлобья. Уверен, прямо сейчас он мысленно сжимает голыми руками мою шею и душит, пока я не задохнусь. Ну либо отрывает мне голову. Такой сейчас у него взгляд.

— Кретин, — злобно выплевываю я. — Разве я способен ударить Вивьен? Как вообще можно было подумать, что я могу причинить ей вред? Протрезвей, придурок.

— Тебе тоже не мешает протрезветь, — неожиданно отвечает Вивьен.

Я на секунду замираю. Она упрекает меня за поцелуй? Или за то, что прервал его? Впрочем, неважно. У меня голова уже взрывается от событий сегодняшнего дня. С меня хватит.