Голубые. Красивые. Только в них нет шторма, который я так люблю. А раньше он был. Раньше Тони смотрел так, как всегда смотрел Нэйт. Зачем я это столько времени отрицала?

– Эй, любимая, прости меня. В последнее время я был самым настоящим засранцем. Я исправлюсь. Закончу подготовку к выставке, и все образумится. Слышишь?

– Нет, послушай, – я плавно убрала его руку со своего лица. – Дело не в занятости. И не в отсутствии. Дело в нас. Разве ты не видишь? Когда в последний раз мы говорили друг другу о любви?  Когда засыпали в одной постели? Когда в последний раз мы чувствовали себя по-настоящему счастливыми?

Я отступила на шаг, чтобы рассмотреть его лицо. Выражение стало суровым. Пухлые губы сжались и растянулись в прямую линию. Колючие щеки впали. Скулы стали еще более выразительными. А глаза помрачнели.

– Что ты хочешь этим сказать? – теперь Тони не улыбался.

– Возможно, мы поспешили… Либо вовсе ошиблись… Возможно, мы оба созданы для других людей… – в глазах защипало. Я отвела взгляд.

– А на вопрос, что нам делать с нашей любовью, у тебя тоже где-то припасена версия?

– Я не знаю…

– Или у тебя ко мне больше нет чувств?

– Я же сказала: все сложно.

– И давно ты об этом думаешь?

– Почти сразу, как ты сделал мне предложение…

– Вот черт! – Тони запустил руки в волосы. – И я даже не замечал! Почему ты не сказала мне раньше?

– Я пыталась поговорить с тобой. Полтора месяца пыталась, Тони. Но даже сегодня ты не мог уделить мне внимание. Забыл? Когда я должна была тебе сказать и каким образом? Может, нужно было оставить послание в твоей студии? Тогда бы ты задумался о наших отношениях?

– Тэя, прости! Я знаю, что виноват.

– Нет, Тони. Ты не виноват. Мы оба хороши. Я не сказала. Ты не заметил. А по итогу мы как чужие люди – каждый со своими собственными интересами и проблемами.

– Но мы еще можем все исправить, – не знаю, кого Тони пытался убедить: меня или себя.

– Когда ты последний раз скучал по мне, Тони? Мы не видимся целыми днями. Когда ты в последний раз вспоминал обо мне? – наши взгляды столкнулись. Тони молча смотрел мне в глаза. Он не мог ответить на эти вопросы. – Ты молчишь… Потому что был так увлечен, что даже не думал обо мне.

– Тэя…

– Я понимаю, Тони. Все понимаю. Потому что, если бы ты задал мне такой же вопрос, я бы тоже промолчала.

Он отвел взгляд. Он понимал, что я права.

– Я переночую у Блэр. А завтра заберу свои вещи.

– Можешь оставаться здесь, пока не найдешь квартиру.

– Спасибо, Тони, но, это лишнее. Боюсь, я не смогу… И ты тоже не сможешь.

Дальше не последовало никаких пустых фраз, громких криков или разбирательств. Никаких лишних действий, попыток удержать друг друга или, наоборот, оттолкнуть.

Я спокойно переступила порог спальни, не спеша собрала самые необходимые вещи, сняла с безымянного пальца помолвочное кольцо и оставила его на прикроватной тумбе прежде, чем навсегда покинуть эту квартиру и Тони.

Глава 50

Май подходил к концу. Дата отмененной свадьбы с Тони подкрадывалась все ближе.

Я уже полторы недели жила у Блэр и попутно искала себе новую квартиру. К летнему сезону у меня прибавилось работы, число заказов росло, что безумно радовало, – я могла обеспечить себе полную загруженность, могла отвлечься и не думать о своих поступках. Но ночью дурацкие мысли все равно настигали меня. Я страдала от бессонницы. Голова гудела. Я испытывала отвратительное чувство вины и тоски. Сердце ныло и до сих пор не находило покоя. Оно болело, как будто раны еще совсем свежие.

Я не вернулась к Тони. И не решилась дать знать о себе Нэйту.

Я запуталась. Потерялась в потоке своих мыслей. И для начала должна была разобраться в себе, разложить все по полочкам, обрести почву под ногами и твердо встать прежде, чем принимать какое-то решение. Я должна была обрести себя прежнюю и вернуть трезвость ума.

Я помирилась с Эффи. Убедила ее в том, что Натаниэль не имел никакого отношения к разрыву помолвки. Она предлагала остановиться на время у них с Джаредом, но я не хотела быть третьей лишней в молодой семье, поэтому вариант обзавестись такой соседкой, как Блэр, показался мне идеальным. Тем более, без этой энергичной брюнетки, я бы, наверное, извела себя до полуобморочного состояния.

Днем я хоть как-то справлялась в одиночку, но как только Чикаго накрывала ночь, меня охватывала хандра. Я не могла нормально спать. Почти не ела, за что мне часто прилетало от Блэр. Она говорила, что ни один мужчина не заслуживает того, чтобы у женщины из-за него испортилась фигура.

Несколько раз у меня почти получилось рассказать Блэр про Нэйта, но я так и ни разу не добралась до сути. Мне было страшно. Блэр слишком многого не знала, и я боялась, что она осудит меня или взболтнет чего лишнего в офисе. Я ведь работала с ней и как никто другой знала, что у этой дамочки язык без костей.

***