— Вот дерьмо, — вздохнул Дариус, когда стены скалы отступили перед ним и открылась истина.

Мы направились вглубь пещеры, где неровная земля поднималась достаточно высоко, чтобы оставаться сухой от сильного шторма. Я оттолкнул воздух от нас, прижав его к границе пещеры, чтобы не дать ветру настигнуть нас.

Дариус позволил пламени в своей руке разгореться ярче и направил его, чтобы оно лениво парило над полом пещеры.

Я опустился на камень, пока со сталактита над нами капала, капала, капала вода. Дариус встал на колени у костра, а я достал из кармана кости и нож.

— Ты уверен, что хочешь это сделать? — спросил я, держа его под прицелом.

— Не сомневайся во мне, Лэнс. Я в деле. Полностью. Теперь давай начнем, — он положил руки на колени, ожидая моих действий.

Я сделал медленный вдох, привлекая свою силу к поверхности кожи, прежде чем положить четыре кости в ряд перед собой. Каждая из них принадлежала могущественному фейри, который владел одной из стихий. Огонь, вода, воздух и земля. Их сила все еще пульсировала в остатках их тел. И эту силу можно было использовать так, как никогда не учили в Академии Зодиака.

Я вынул клинок и перевернул руку. Дариус с интересом посмотрел на треугольную татуировку на моем левом запястье, изображавшую воздух.

Я провел лезвием от кончика треугольника до центра ладони. Кровь сочилась, и я искоса посмотрел на Дариуса, чтобы убедиться, что он не собирается отступать. Но он не поморщился и не отшатнулся, а просто наблюдал за происходящим с терпеливым интересом, который напомнил мне, почему я могу доверять ему во всем.

Пока кровь капала на кости, я сжал руку в кулак и выдавил на каждую из них побольше.

Дыхание коснулось моей шеи, шепчущий голос ускользнул от меня, когда он прошелестел рядом с моим ухом. Я ждал лучшего момента, направляя свою магию в кровь, которая лилась из моего пореза на кости.

Затем это случилось.

Сила расцвела в моей груди, как живое существо, и я вздохнул, когда она соблазнительно обвилась вокруг моего сердца. Я медленно выдохнул, когда дофамин затопил мое тело, накрыв меня густым облаком спокойствия. Только темная магия ощущалась подобным образом, сила стихий не давала такого пьянящего прилива.

Я открыл глаза и потянулся к костям, зачерпнув их в ладонь. Когда я заговорил, мой тон был горловым и глубоким. — Покажите мне, что моя сестра делает для Акруксов.

Видение столкнулось с моими мыслями, мягко, затем немного сильнее, когда я позвал его к себе. Сначала не было ничего, кроме бесконечного звездного неба, тьмы, нарушаемой сотней тысяч капелек света.

— Что ты видишь? — голос Дариуса был одновременно и близким, и далеким.

Свет горел на моей периферии. Огненный шар пронесся по огромному небу, прочертив жестокий путь через мое зрение. Белый призрак остался отпечатанным на моей сетчатке, когда он скрылся из виду и изображение померкло.

Женский голос звонко прошелестел в воздухе. — Брось кости и спроси.

— Моя сестра в беде? — спросил я вслух, зная, что делать.

Я выбросил их из руки, мои глаза открылись в полуметре, когда прилив силы овладел мной, как наркотик. Кости упали: две — лицом вверх, символом Элементаля к крыше пещеры, две другие — лицом вниз.

— Что это значит? — спросил Дариус.

— Это значит, что ее судьба не решена. Ответ одновременно и да, и нет, — я успокоительно вздохнул, когда сила снова запульсировала в моей груди — самое сильное чувство, которое я когда-либо знал. Она заглушила мои страхи и на их месте поселился экстаз.

— Я больше ничего не вижу. Но чем больше силы мы дадим костям, тем больше они нам откроют, — я поднял клинок, наблюдая за его реакцией.

— Ты хочешь моей крови, — заявил Дариус, быстро соображая.

— Я не буду ничего от тебя требовать, Дариус, — твердо сказал я, держась за эту благородную часть себя, пока ее не прогнал соблазн власти.

Он взял клинок из моей руки, имитируя порез, который сделал я на своей собственной ладони, не говоря ни слова. На мгновение неуверенность промелькнула на его лице, когда он двинул руку к костям. Если он сделает это, то действительно предаст свою семью. Если кто-нибудь узнает, что он применил темную магию, он может потерять право на трон.

Я протянул руку и обхватил его кулак, зажав его до того, как кровь вытекла.

— Подожди, — прошептал я, но он оттолкнул мою руку от своей и выдавил кровь на кости. Он втянул воздух, когда сила влилась в него, и ее прилив проник и в меня, снова разрушая мои страхи.

Его рот приоткрылся в одном уголке, плечи поникли, а веки опустились. Я вспомнил, как мои родители впервые показали мне, как применять магию крови. Я был на несколько месяцев младше него, моя мать сделала разрез, а отец передал мне кости. То, что он чувствовал сейчас, было величайшим кайфом в его жизни, что также превращало его в самую опасную силу в Солярии.