Моя печаль превратилась в самый горький вид ярости, который я когда-либо пробовал, и внезапно двинулся со скоростью моего Ордена к ведьме, которая причинила нам столько боли. Она привязала мою пару к себе проклятием, которое могло уничтожить ее сегодня ночью, она заперла в себе душу моей сестры и заставила ее страдать столько лет.

Взмахнув мечом, я разрубил тени, державшие Лавинию, и она с испуганным криком повалилась на меня.

Но, конечно, она поймала себя прежде, чем упала на землю, зависнув в футе над ней на платформе из теней. Я бросился вперед, груз горя и гнева в моем сердце был настолько тяжел, что почти утопил меня, когда я нацелился убить ее. Она задохнулась, отпрянув назад, избегая взмаха моего клинка, и я снова взмахнул им с криком ненависти, используя скорость Ордена, чтобы рубить и резать, но она двигалась как ветер, избегая меня.

Мой клинок наконец-то вонзился в плоть ее шеи, и она закричала, когда ее голова была почти полностью отрублена. Но когда она взлетела на очередном вихре теней, пытаясь избежать моего следующего удара, ее темная сила обвилась вокруг ее горла, заживляя рану, из которой не сочилось ни капли крови.

Этот монстр был пуст, в ней нет сердца, нет органов, которые могли бы сделать её хоть немного похожей на живую. Она была создана из гнили и смерти, и пока тени непрерывно вливались в ее тело, возможно, ее нельзя убить. Но я, блядь, попытаюсь.

— Ах ты, вздорный маленький чертик, — прорычала она, снова опускаясь передо мной, и мои клыки обнажились, я снова бросился вперед, решив заставить ее кричать, если не больше.

Я попытался вогнать меч в ее грудь с криком отчаяния и гнева, вырывающимся из моих легких, но она щелкнула пальцами и окутала меня своей темной силой, вырвав меч из моей хватки, как будто я был сделан только из бумаги. И я догадался, что так оно и было — всего лишь бумажный человечек, разорванный и разрезанный на части звездами. Я был выкован ими, и они смяли бы меня в своем кулаке, как только закончат со мной. Возможно, Лавиния будет той, кто сделает это за них.

— Так, так, так, — промурлыкала она, возвышаясь надо мной, а ее тени обвились вокруг меня, как питон, связывая мои руки по бокам. — Я все думала, когда же мы снова увидимся сегодня. — Она злобно улыбнулась, и я оскалил клыки, бесполезно сопротивляясь ее хватке.

— Скажи мне, как снять проклятие, — приказал я, и она улыбнулась, подплыла ко мне ближе и провела пальцем по моему подбородку, заставив меня резко поднять на нее глаза.

— Я знала, что ты придешь ко мне, — прошептала она, на ее коже проступили черные вены, когда она пристально посмотрела мне в глаза. — Посмотри на эти кольца, — шипела она. — Красивые, красивые маленькие серебряные сокровища. Но смертные не могут спариваться с Фейри, и когда мне надоест играть с ней в зверя, возможно, я отзову своего питомца из ее тела и оставлю ее умирать, как слабую человеческую девушку», — насмехалась она. — Кольца твоей принцессы исчезнут навсегда. Пуф. Пока.

— Иди нахуй, — прошипел я. — Она моя пара независимо от этого.

— И сейчас? — засмеялась она. — И ты пришел заплатить цену за свою милую принцессу, Лэнс Орион? В конце концов, я связала твою кровь с проклятием.

При этих словах у меня запершило в горле, когда я вспомнил кровь, которую она пролила из меня в тот день. Так вот оно что? Разгадка лежит на мне? Что ж, тем лучше.

— Я заплачу за нее любую цену. Назови ее, и поклянись, что она будет свободна, — потребовал я, и она обдумала это, взгляд ее черных глаз подсказал, что именно на это она и надеялась все это время. У меня скрутило живот от мысли, что я так легко играю ей на руку, но Дарси должна быть свободна. Я сделаю все, что потребуется, чтобы добиться этого.

— Зачем ты делаешь это с нами? Почему бы просто не убить нас и покончить с этим? — огрызнулся я.

Она придвинулась ближе, вся тьма и смерть прилипли к ее плоти.

— Потому что однажды, давным-давно, Вега наказала меня. И теперь моя очередь отплатить, — прорычала она, в ее взгляде сверкнула месть. — Я заставлю их страдать, визжать и корчиться в агонии всеми способами, которые только смогу придумать. И сделать это очень просто, маленький охотник. Я уже превратила одну из них в убийцу, в чудовище, теперь осталось только забрать у нее короля, как у меня забрали моего.

— Так ты хочешь моей смерти? — Выдохнул я, и хотя чувствовал себя оцепеневшим от мысли о смерти прямо сейчас, я не почувствовал оцепенения от мысли о разлуке с Голубком.

— Возможно, — усмехнулась она, опустив руку к моему сердцу, и я почувствовал, как ее тени проникают в мое тело и заставляют его биться болезненно сильно из-за нее. Я был уверен, что вот-вот умру, звезды тянулись к моей душе, словно готовились в любую секунду вырвать ее из моего существа. — Твоя кровь — вот цена. Плоть, кости, сердце — все, что ты хочешь предложить. Ты можешь вырезать свое сердце из груди и отдать его мне сырым и окровавленным, если хочешь.