— Я так горжусь тобой, — вздохнула мама, сжимая переднюю часть моей рубашки и глядя на меня со слезами на глазах. — Твой отец так старался сделать из тебя зеркальное отражение того человека, которым он был, но, несмотря на все шансы, поставленные против тебя, ты боролся с его влиянием и вырос в настоящего мужчину. Мужчину, который смог вернуть ваше счастье из лап самих звезд. Мужчину, который достоин любви такой девушки.

Я притянул ее в свои объятия, когда эти слова затронули какую-то струну глубоко внутри меня и прозвучали гулкой нотой, которая отозвалась эхом до самых моих костей. Потому что эти слова воплотили в себе все то, что пытался доказать, что могу стать таким за последний год, и услышать их из уст женщины, в любви которой мне так долго отказывали, значит для меня все. Нам необходимо было уделить больше времени, чтобы провести его вместе, но если я смог поверить в эти слова, то, по крайней мере, я смогу уйти из этого мира, зная, что сделал достаточно, чтобы доказать всем вокруг, каким мужчиной я могу быть, и они смогут запомнить меня как человека, который достоин уважения.

Рокси ждала меня на самом дальнем краю границы, окружавшей Берроуз, где холмы обрывались, открывая потрясающий вид на окрестности, где орлы парили над ландшафтом, а на деревьях расцветали все оттенки осени, их листья летели по небу на холодном ветру, обещавшем конец их славе.

Я смотрел на свою девушку, сокращая расстояние между нами и остальными, сгруппировавшимися позади меня, шагая через поле потрясающих полевых цветов, которых здесь точно не было, когда я был тут в последний раз.

Рокси с усмешкой смотрела на меня, улыбаясь уголками губ. На ней было потрясающее кроваво-красное платье из кружева, сшитого вручную, которое оставляло спину обнаженной и имело шлейф, расходящийся вокруг ног. Ее длинные темные волосы были уложены в хвост, а распущенные локоны ласкали шею, лицо подкрашено косметикой, глаза подведены черным, а губы — рубиново-красным, как кулон, который она носила на шее специально для меня.

Хуй знает, как Джеральдина успела преобразить ее за десять минут с того момента, как я видел ее в последний раз, или где, черт возьми, она нашла такое платье, но мой пульс бешено бился, когда мои глаза пировали, глядя на то, как она ждет меня.

Джеральдина начала громко всхлипывать, а Дарси пускала слезы из своих серебряных глаз, которые, как я знаю, были вызваны нашей ситуацией, но в тот момент я не мог сосредоточиться на этом. Все, что я мог видеть — это она. Девушка, которая завладела моим сердцем еще до того, как мы познакомились.

— Разве не ты должна идти по проходу, встречая меня? — спросил я, когда приблизился к ней, мои братья и семья сгрудились рядом.

— Я же говорила тебе, никакой ерунды, — ответила она, пожав плечами, и я заметил букет роз, брошенный у ее ног, вздох веселья покинул меня, когда я взглянул на эту женщину, которой я готов предложить вечность, пытаясь не позволить своему сердцу разбиться от осознания того, что наша счастливая жизнь закончится через несколько коротких недель.

— Мы будем придерживаться традиционных клятв? — выдохнула Джеральдина, но Рокси тут же покачала головой.

— Нет. Я просто встану прямо здесь и скажу всему миру, что он мой. Если кто-то против, то пусть сам поднимает этот вопрос.

— Всегда такая агрессивная, — поддразнил я, переместившись к ней и заметив безупречный макияж и идеально уложенные локоны в ее русых волосах, которые колыхались под прохладным ветерком, танцевавшим вокруг нас. Джеральдина действительно очень хорошо работает под давлением.

— Говорит Дракон, который пытался меня утопить.

Я покачал головой, не в силах поверить, что она заговорила об этом прямо сейчас, и одновременно удивляясь, почему я не догадался об этом. Эта гребаная девчонка станет моим концом. Но я не против.

— У тебя есть кольца? — спросила Дарси, когда Лэнс обнял ее за плечи и посмотрел на меня с выражением, которое говорило о том, что он одновременно счастлив и опустошен. Что, к сожалению, вполне соответствует настроению всех наших гостей.

— Он одержимый сокровищами Дракон, ты же знаешь, что у него есть кольца, — пошутил Калеб, и я рассмеялся, доставая их из кармана и протягивая Рокси то, которое предназначено для меня.

Она с минуту рассматривала простое платиновое кольцо, удивленно глядя на меня, а я пожал плечами.

— Ты же сказала, чтоб без ерунды.

Улыбка расплылась по ее лицу, как солнечный свет сквозь облака, и она улыбнулась, шагнула ко мне и взяла мою руку, надела кольцо на мой палец без всякого объявления.

— Я объявляю этого человека своим мужем, — сказала она, и в ее голосе прозвучала властная нотка, которая не позволяла самим небесам отказать ей в этом.

— Я объявляю эту женщину своей женой, — ответил я, взяв ее инициативу на себя и надев в ответ инкрустированное рубинами кольцо на ее палец и одарив ее голодной улыбкой.