Рокси шагнула вперед и запустила руку в мои волосы, откинув мою голову назад, посмотрев в мои глаза, а я попал в ее ловушку. Эти бескрайние зеленые глаза, державшие в плену мою душу и владеющие каждой моей частичкой.

— Тебе интересно, как бы они выглядели в серебряном кольце? — спросил я ее, и ее губы слегка приподнялись, когда она покачала головой, ее крылья изогнулись на спине.

— Нет. Я не хочу, чтобы звезды выбирали за меня, Дариус. Я выбрала тебя сама, и именно это мне нравится. Судьба не имеет права голоса. Ты мой партнер, потому что я выбрала тебя, а не они. Ты моя пара, потому что ты доказал, что ты единственный для меня, а не судьба. Наша любовь пылает непревзойденной страстью и вечной преданностью, бесконечной, как вся вселенная, потому что мы, мать твою, сражались за нее так, как никто из Фейри никогда не делал раньше, и никто никогда не сделает. Ты для меня не подарок звезд, Дариус. Ты — трофей войны, которую никто, кроме нас, не мог выиграть. Так что я принимаю твои глаза, бесконечно темные, как в тот день, когда ты впервые взглянул на меня. И если звезды снова предложат нам в них кольца, я дам им тот же ответ, что и раньше. Потому что нет, я не хочу, чтобы они выбирали за меня или за тебя. Я не хочу, чтобы они что-то делали для нас. Они нам не нужны. Я и без них сделала тебя своим, и без них я твоя.

— Такая чертовски упрямая, — прокомментировал я, и она подарила мне призрачную улыбку.

— Я просто знаю, чего хочу.

Ее рука опустилась и провела по моему подбородку, ее глаза пробежались по моему лицу, словно запоминая его, и как бы мне ни нравилось ощущение того, что ее внимание сосредоточено на мне, мне ненавистна причина такого. Мне ненавистно то, что она должна запоминать меня, и что этот момент и любой другой, украденный мной у нее между этим моментом и моим концом, ограничен.

Ее рука спустилась вниз по моей шее, кончики пальцев скользнули по плечу и погладили чернила, ее подбородок опустился, когда взгляд опустился ниже, впитывая меня дюйм за дюймом, пока ее рука не прошла весь путь вниз по моей руке, и она сцепила свои пальцы с моими.

— Поклянись, — сказала она, ее тон был непоколебим, а взгляд тверд. Это моя девочка. Любая мягкость всегда сменялась сталью, и она смогла вернуться сюда, смогла захотеть обнять меня и поцеловать, снимая боль, но она по-прежнему зла на меня, как черт, и я знаю, что заслуживаю этого.

— Ты не доверяешь мне? — спросил я.

— После того, как выяснилось, что ты лгал мне на протяжении всех наших отношений? Странно, но нет, не доверяю. — Ее глаза вспыхнули огнем Феникса, отчего мой пульс участился, а её крылья слегка затрепетали, и звук шуршащих перьев привлек мой взгляд к ним.

— Наши отношения начались задолго до того, как я заключил тебя в свои объятия, — запротестовал я.

— Ну, если ты хочешь, чтобы я пересчитала все дни, которые провела, ожидая, что ты причинишь мне боль всеми возможными способами, то это не сильно поможет тебе. Кроме того, это, пожалуй, самое худшее, что ты со мной сделал, — ответила она.

— Рокси, — вздохнул я, мой голос сорвался на этом имени, в нем прозвучала мольба о чем-то, хотя я не уверен, чего могу просить у нее сейчас.

— Поклянись, — повторила она непоколебимым тоном, и я сдался, потому что, когда доходило до дела, я всегда был готов на все ради нее.

— Клянусь, что не стану охотиться на отца до битвы, — ответил я, и магия сомкнулась между нашими ладонями, связывая меня этой клятвой.

— А теперь поклянись, что не допустишь такого исхода, — сказала она, ее тон помрачнел, а в глазах промелькнуло нечто, напомнившее мне о тенях. В ней всегда была темнота, как и во мне. Несомненно, это было частью притяжения.

Я смочил губы, мое сердце защемило от требования в ее глазах и от того, что она вообще хочет, чтобы я дал подобную клятву.

— Ты же знаешь, что моя клятва ничего не изменит, — мягко сказал я.

— Я знаю, что ты сдаешься, — ответила она убийственно спокойным тоном, хотя я увидел боль в ее зеленых глазах. — И я знаю, что человек, который так упорно боролся за меня со звездами, не сдастся так просто.

— Так ты думаешь? — спросил я, моя кровь застыла в жилах от ее предположения, а она лишь выгнула бровь и не взяла свои слова обратно.

— Я думаю, ты привык принимать удары, живя со своим отцом, Дариус. Так что теперь, вместо того, чтобы противостоять всему, ты просто прогибаешься и соглашаешься.

— Ты иногда такая сука, — прорычал я.

— Это не делает меня неправой, — ответила она, пожав одним плечом.

— Чего ты ждешь от меня, Рокси? — спросил я, несмотря на свой гнев.

— Ну, однажды ты уже бросил вызов звездам ради меня. Так что же мешает на этот раз? — спросила она.

— Эта участь стала платой за тот вызов, — произнес я, моя душа разболелась от слов, которые мне пришлось произнести, но я уже думал об этом. Я не думал ни о чем, кроме этого, несколько месяцев подряд и не видел никакого способа изменить положение. — Мне был дан год, чтобы любить тебя, и я это сделал.