Я потерла натертую кожу на запястьях и немного поколебалась, прежде чем сбросить халат и обнажить свое тело. Кларисса ободряюще улыбнулась мне, и мне пришлось побороть желание закатить глаза, когда я залезла в воду. Моя нога мгновенно перестала так болеть, по крайней мере, яд был смыт.

— Ты не хочешь объяснить, почему вы вообще беспокоитесь об этой свадебной ерунде? — Спросила я, погружаясь в ванну и борясь с желанием застонать от удовольствия. Я никогда не чувствовала ничего приятнее горячей воды, которая плещется вокруг моей кожи. — Вы можете добиться того, чего хотите, не приукрашивая это браком, так зачем весь этот фарс?

Кларисса нахмурилась, как будто ей не очень понравился мой тон, но мне вообще ничего не нравилось ни в одном из здешних ублюдков, и я не собиралась за это извиняться.

— Если ты должна родить детей от принца, то будет правильно, если тебя будут почитать как его жену. Смысл в том, чтобы выразить тебе уважение и предложить тебе власть при нашем дворе в благодарность за то, что ты предлагаешь нам взамен.

— Я ни хрена не предлагаю, — прошипела я.

Кларисса прочистила горло, выглядя более чем немного смущенной, когда попыталась снова.

— Я знаю, что у тебя не было должного времени, чтобы привыкнуть к этому выбору. Но я обещаю, что твой муж сделает оплодотворение очень приятным, если ты решишь принять его как своего мужа как физически, так и номинально…

Я нахмурилась из-за этого странного выбора формулировки, затем съежилась, когда поняла, что она имела в виду — трахаться с Фабианом, чтобы он мог засунуть своего ребенка-демона внутрь меня. Воспоминание о том, как его тело прижимало меня к кровати, вызвало дрожь во мне. Я бы никогда не отдалась ему вот так.

— Ни единого гребаного шанса, — прокомментировала я.

— Знаешь, ругань не особенно подобает жене принца…

Я свирепо посмотрела на нее, и она пожала одним плечом, опуская его.

— Если ты уверена, что не хочешь вступать в физическую связь со своим новым мужем, то можешь выбрать искусственное оплодотворение…

Я нырнула под поверхность воды и запустила пальцы в волосы, желая избавиться от ощущения вампиров на моем теле и звука ее слов в моей гребаной голове. Под поверхностью было так спокойно, что у меня возникло искушение остаться там ни с кем, кроме своих собственных мыслей, где я могла бы притвориться, что я совсем одна в этом мире и не окружена паразитами.

Но, в отличие от моего неживого жениха, мне нужно было дышать, и когда мои легкие начали гореть, я заставила себя сесть.

Вынырнув на поверхность, я сделала глубокий вдох и откинула волосы с лица.

Кларисса протянула руку и начала втирать что-то мне в волосы, но я отпрянула от нее.

— Какого хрена ты делаешь? Я не кукла, — сказала я, выхватывая у нее бутылочку шампуня и делая это сама.

Я задавалась вопросом, какого черта именно она следит за мной. Она была одним из самых влиятельных людей в стране: неужели у нее не было дел поважнее, чем нянчиться со мной? Я могла только предположить, что она действительно считает меня важной персоной. Возможно, она действительно верила, что я могу сыграть какую-то роль в избавлении от их проклятия. Но если это так, то почему бы просто не попросить меня о помощи? В любом случае, я не собиралась трахаться ни с какими вампирами, и уж точно не позволила бы им оплодотворить меня.

Как только я вымылась, я встала и вышла из воды. Кларисса протянула мне полотенце, и я быстро вытерлась, отказываясь наслаждаться ощущением пушистого материала на своей коже. В Сфере полотенца были грубыми и колючими, но, конечно, вампиры приберегали лучшее для себя.

Я бросила полотенце к ее ногам, когда закончила, отказываясь пугаться того факта, что у меня забрали одежду.

Кларисса подошла ко мне с толстым халатом, который ниспадал мне ниже колен, когда я накинула его. Я догадалась, что смехотворно скромный наряд, в котором я проснулась, был не ее идеей. Кроме того, теперь он был весь в крови, так что я предположила, что, надев его снова, я бы свела на нет всю проделанную работу в ванне.

— И что теперь? — Спросила я.

— А теперь я собираюсь превратить тебя в принцессу. — Она лучезарно улыбнулась мне, и я нахмурилась в ответ.

Она отвела меня обратно в свою комнату и указала сесть на табурет перед огромным туалетным столиком. Над ним висело зеркало в богато украшенной позолоченной раме, и я на мгновение взглянула на себя, отмечая твердость своего выражения, печаль, окрасившую мои глаза, и сжатую челюсть, прежде чем отвернуться.

Раздался стук в дверь, и Кларисса отошла от меня, чтобы открыть ее. Три вампира вошли в комнату, и у меня неприятно начало покалывать в животе, когда я снова была окружена своими врагами.