— Это предложение? У меня сейчас нет с собой наличных, но я буду должен тебе минет после того, как ты заставишь меня кончить, договорились?

Мне потребовалась каждая капля самообладания, чтобы не наброситься на него, когда я заставил себя смотреть на дорогу и попытался сосредоточиться.

— Чисто ради интереса, сколько ты берешь за час? — он спросил, а я попытался не обращать на него внимания. — Мне просто нужно знать, чтобы накопить пенни для следующего раза. Или ты берешь за каждый сексуальный акт? У тебя есть специальные предложения? Купите две дрочки и получите одну бесплатно? Могу ли я подарить бесплатную другу?

— Заткнись, Маверик, — прорычал я, не в силах игнорировать его, поскольку он непрерывно говорит мне на ухо.

— С Роуг это, наверное, занимает часы, да? Она, скорее всего, должна тебе уже целое состояние, — произнес он, явно подначивая меня, но я не мог позволить себе сейчас на это реагировать. Шон мог появиться с минуты на минуту, и мне нельзя было рисковать, отвлекаясь на драку с Мавериком. — Хотя, думаю, ее киска — уже достаточная плата, правда? Такая чертовски тугая, согласись? Как думаешь, мы оба сможем поместиться в ней одновременно?

— Маверик, — рявкнул я так тихо, как только смог. — Если ты не закроешь свой рот, я закрою его навсегда.

— Иголкой и ниткой? Это займет некоторое время. К тому времени может появиться Шон, а тебе не стоило бы отвлекаться. — Он усмехнулся, и моя рука крепче сжала пистолет.

— Если я отвлекусь, и Шону из-за этого удастся проскочить мимо нас, это будет твоя вина. А Роуг в клубе, так что, если она тебе небезразлична, тогда прекрати болтать, — потребовал я, и он замолчал. По крайней мере, на две секунды, а потом снова заговорил.

— Мне просто нужна дата и время для следующего праздника траха, у меня плотный график, так что, возможно, ты захочешь пригласить меня, — прошептал он.

Я ничего не сказал, поэтому он достал мой телефон и начал добавлять свою контактную информацию под именем — Член тираннозавра. Затем он включил камеру, обнял меня за плечи и, натянув лыжную маску, сфотографировал нас с помощью режима ночной съемки. Я потянулся за телефоном, но он убрал его, отправив фотографию Фоксу с подписью: Мы с Риком резвимся в лесу. Хочешь присоединиться? P.S. Приведи единорога.

Он вернул мне мой телефон, и я вздохнул, когда непрерывным потоком посыпались сообщения от Фокса. Я отправил ему сообщение, сказав, что держу ситуацию под контролем, а затем положил его в карман, решив, что больше ничего не могу сделать, чтобы успокоить его прямо сейчас. Фокс не говорил о Маверике с тех пор, как мы все день за днем копались в руинах «Кукольного Домика», разыскивая Чейза. В конце концов, полиция вынудила нас уехать, и Маверик выглядел таким же разбитым, как и я, прежде чем сесть на свой мотоцикл и уехать. Фокс и я погрузили байк Чейза в его грузовик и отвезли домой; мне казалось, что я вез гроб обратно в дом, и мне было невыносимо видеть его каждый раз, когда я спускался в гараж, но я так и не прикрыл его. Боль была напоминанием о нем, и я не хотел забывать его, поэтому просто позволил этому причинять мне боль.

Наконец наступила тишина, и мы ждали в темноте, слушая, как где-то среди деревьев ухает сова, а я напряженно прислушивался к звукам приближающейся машины.

— Ты бы предпочел быть собакой без ног или птицей без крыльев? — Прошептал Маверик, застав меня врасплох, и я чуть не выдавил улыбку. Но не совсем.

Я заставил себя не разжимать губ и ничего не ответил, тогда он ткнул меня локтем, и на мгновение мне вспомнилось, как мы играли с ним в эту игру, когда были детьми. Это было нашим любимым занятием, и мы старались задавать самые нелепые вопросы в игре «ты бы предпочел» какие только могли, чтобы рассмешить друг друга. Я часто играл в нее с Чейзом, когда мы вместе отправлялись на работу, и воспоминания об этом заставили мое сердце сжаться так сильно, что оно начало кровоточить.

— Птицей без крыльев, — пробормотал я. — Безногая собака никуда не денется.

— Может, если швырнуть ее посильнее, — прошептал он, и я резко повернул голову при этих словах, когда у меня вырвался удивленный смешок.

Он не смотрел на меня, но я видел ухмылку в его глазах. Это была своего рода коронная фраза для нас, когда мы играли в эту игру, и всякий раз, когда у кого-то из нас появлялась возможность произнести ее, мы всегда смеялись так, словно это была самая смешная вещь в мире.

— Твоя очередь, — пробормотал он, и я задался вопросом, почему он пытается играть в эту игру со мной прямо сейчас. Но что-то притягательно было в этой старой привычке, и не то чтобы я не мог одновременно следить за дорогой.

— Ты бы предпочел быть невидимым или уметь летать?