Матео и Эй-Джей отговаривали меня слепо мчаться за ним вдогонку и угадывать, по какому маршруту он поехал. Видимо, моей интуиции было недостаточно, чтобы привести меня туда, что было полной ерундой, но Матео все равно перекинул меня через колено и отшлепал по заднице, когда я попыталась выскользнуть из окна наверху, так что теперь я была под постоянным наблюдением, пока выполняла эмоциональную акробатику.

— Если ты хочешь по-настоящему отвлечься, Рук, подойди сюда, и я тебе это устрою, — прорычал Эй-Джей с другого конца комнаты.

— Пусть она остается на месте, я наслаждаюсь видом, — сказал Матео, и мои руки подогнулись, так что я потеряла равновесие.

Я встала, одергивая платье, и обнаружила, что они наблюдают за мной мрачными взглядами, но я проигнорировала их, схватив фотографию с кофейного столика, которую Найл оставил мне на память о нем, если он умрет. Он сделал ее прошлой ночью, до того как трахнул меня до беспамятства, одетый лишь в мою любимую розовую балетную пачку. Он был совершенно обнаженным, если не считать пачки, тонкая сетка которой была приподнята его полностью эрегированным, огромным, пирсингованным, татуированным членом, а на лице застыло маниакальное выражение, из-за которого я скучала по нему еще сильнее.

— Адское Пламя, — вздохнула я, поцеловав его член на фотографии, а затем посмотрела на других моих красивых мужчин на диване.

У меня вырвалось всхлипывание, и я бросилась к ним, прыгнула к ним на колени и уткнулась носом в Матео, в то время как Джек положил руку мне на спину.

— И как же мне это сделать? — Прохрипела я. — Это должно быть незабываемо. Может, я свяжу занавески наверху, завяжу их на шее и выпрыгну из окна?

— Что? — Рявкнул Матео, и я перевернулась на спину, чтобы посмотреть на него снизу вверх.

— Если Найл умрет, умру и я, помнишь? — Я поднесла два пальца к виску, изображая пистолет, а затем издала звук выстрела и притворилась, что умираю у него на коленях.

— Mi sol, — прошипел Матео, а пальцы Джека крепко обхватили мои ноги. — Нам нужно обсудить этот пункт нашего соглашения.

— Нас тебе недостаточно? — Спросил Эй-Джей через нашу мысленную связь с ноткой обиды в голосе.

— Дело не в этом, — прошептала я, переводя взгляд с одного на другого. — Я не смогу жить без Найла, так же, как не смогу жить без кого-то из вас. Если Найл вернется домой, я думаю, нам всем следует пообещать, что, когда мы состаримся и поседеем, мы вместе прыгнем в вулкан, чтобы нам не пришлось проходить через боль потери друг друга.

Вдалеке послышался рокот двигателя, и я ахнула, спрыгнув с их колен и подбежав к окну. Я распахнула его и вылезла наружу, увидев, как джип Найла приближается к подъездной дорожке.

Я замахала руками в воздухе, и из моего горла вырвался визг, когда я побежала ему навстречу. Как только он остановил машину, он выпрыгнул из нее, поймав меня, когда я врезалась в него, а его тело ударилось о машину, пока я целовала его, и он поднял меня в воздух.

Он пах дымом и силой, и я поглощала каждую его частичку, пока мы целовались со всей страстью двух влюбленных, которых разлучили сами звезды и которые вопреки им украли это мгновение.

— Ты скучала по мне, любовь моя? — спросил он, когда наши губы оторвались друг от друга, оставив меня без воздуха в легких и опьяненной счастьем.

— Мне чуть не пришлось повеситься на занавесках, — серьезно сказала я, и он сильно нахмурился.

— Никогда не убивай себя из-за меня. Я этого не стою.

— Ты стоишь всего, Адское Пламя. Моего сердца, моих легких, моих почек. Все это может уйти в землю, чтобы я смогла найти тебя в аду.

— Я буду ждать тебя там, — промурлыкал он, украв еще один долгий поцелуй.

Он понес меня к дому, открыл входную дверь и вошел внутрь.

Брут приветственно залаял, и Найл выругался, когда пес слегка укусил его за ногу. Я даже немного позавидовала ему, потому что я была единственной из нас, у кого еще не было шрамов от зубов на ногах.

Найл отнес меня в гостиную, где Матео и Джек поднялись на ноги, а их глаза были полны вопросов.

— Ну? Что сказал твой отец? — Спросил Матео.

— Он рассказал тебе о своей новой пекарне? — Спросила я Найла, стараясь не хихикать над только что придуманной мной шуткой.

— Он не пекарь, — сказал Найл в замешательстве, опуская меня на пол, и я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы сохранить серьезное выражение лица.

— Тогда почему у него такие горячие булочки? — Я расхохоталась, и все они посмотрели на меня, потому что я чуть не лопнула от смеха.

— Ты говоришь про зад моего отца, маленькое исчадье ада? — Спросил Найл, и я кивнула, не в силах говорить из-за смеха, но подняла руки, делая вид, что сжимаю их.

Найл расхохотался, а затем зажал меня под мышкой, укусил за ухо и потянул за него.

— А теперь тише, Паучок. Мне нужно кое-что сказать.

Я поджала губы и посмотрела на него, терпеливо ожидая новостей.