Бруклин зааплодировала ему и издала негромкий возглас, в то время как я шагнул вперед, чтобы оттащить парня к большому холодильному шкафу. Бруклин проскочила мимо меня, чтобы открыть дверь, и Матео последовал за нами внутрь, вынув из кармана кляп и длинный кусок веревки, которые, как я предположил, он взял в одной из фетиш-комнат. Он быстро связал потерявшего сознание охранника, и мы захлопнули за собой дверь холодильника, когда выходили.

Найл первым вошел в дверь, прижав палец к губам, направился к темной лестнице и начал спускаться по ней, а Бруклин последовала за ним.

Мы с Матео пошли следом, закрыв дверь за нашими спинами, так что путь нам освещал лишь тусклый свет, льющийся от подножья лестницы.

Снизу доносились радостные возгласы и крики, гул мужчин, словно смотревших какое-то спортивные состязания или подначивавших друг друга к какой-то игре.

Бруклин внезапно замерла, и я врезался в нее, но успел схватить ее за руку, чтобы она не упала с лестницы.

— Ты в порядке, Паучок? — раздался голос Найла впереди.

— Я просто не могу перестать думать о том, как мне повезло, что ты нашел меня, Адское Пламя. Я была так потеряна, прежде чем ты пришел и забрал меня. И я была бы потеряна еще больше, если бы меня купил кто-то другой, а не ты.

— Этого никогда бы не случилось, маленькая психопатка, — пообещал Найл, продолжая спускаться, пока она задерживалась с нами. — С того момента, как я увидел тебя, я знал, что ты должна стать моей. Так или иначе, мы были предназначены друг для друга.

— Рук, — согласился я, слишком хорошо зная, какой властью она обладала, чтобы пленять порочных мужчин вроде нас и делать их своими.

— Ты приманка, предназначенная для пленения грешников, mi sol, — сказал Матео, подойдя к ней. — Нас создал извращенный бог, думая лишь о твоем удовольствии. У тебя не было иного пути, кроме как быть с нами.

Бруклин оглянулась на меня, и, клянусь, даже в темноте, ее голубые глаза искрились жизнью.

— С вами, — сказала она со вздохом, который, казалось, наполнил воздух чистотой, и я вдохнул ее полной грудью, а она высвободила свою руку из моей и последовала за Найлом в темноту.

Мы добрались до подножия лестницы и нашли там еще один коридор, который вел к двойным дверям, охраняемым еще одной парой головорезов.

Я расправил плечи, готовясь силой прорываться мимо них, но когда подошли ближе, они только кивнули головами в знак приветствия.

— Добро пожаловать, — сказал один из них. — Вы знаете правила?

— Ага, — радостно согласился Найл, постучав себя по виску. — Все тут и готово к делу.

Мужчина кивнул и широко распахнул перед нами дверь, а его любопытный взгляд на мгновение задержался на Бруклин, но затем он снова опустил глаза, когда мы прошли мимо.

Мы вошли в тускло освещенный зал, где мужчины в дорогих костюмах пили и хохотали: некоторые из них сидели за маленькими столиками, в то время как другие толпились возле платформы, которая, как я предположил, использовалась для демонстрации женщин, на которых они делали ставки.

Мы направились вглубь помещения, успев привлечь несколько любопытных взглядов людей, достаточно умных, чтобы почувствовать, что в комнату вошла стая хищников, но в основном мы остались незамеченными, так как воздух был насыщен атмосферой высокомерия и превосходства.

— Мы не будем делать свой ход здесь, — тихо сказал Найл, когда мы все собрались вокруг высокого столика, и Бруклин прыгнула на табурет между нами. — Мы просто определим нашу цель и проследим за ним, когда он уйдет. Лишние свидетели нам не нужны.

— Я заставлю его визжать, как заколотого поросенка, не то чтобы я заколола невинного поросенка, но его я бы заколола, и заколола бы как следует, — промурлыкала Бруклин, тьма в ней поднималась на поверхность, что заставило меня занервничать.

— Я знаю способы заставить человека страдать неделями, прежде чем он умрет, и каждое мгновение его жизни будет наполнено невообразимой агонией, — тихо сказал Матео. — Я мог бы научить тебя, mi sol.

Бруклин низко застонала, и мы все трое инстинктивно придвинулись поближе к ней.

— Я знаю, как сохранять им жизнь месяцами, верно, el burro? — бросил ему Найл, но Матео только презрительно усмехнулся.

— Поддерживать жизнь пленника бесконечно — это просто. Я говорю о том, чтобы час за часом, день за днем отрезать от человека куски и отказывать ему в смерти до самого конца. А не запирать кого-то в своем подвале и половину времени забывать пытать.

— Если ты хочешь, чтобы я еще помучил тебя, тебе нужно только сказать слово, мудак, — огрызнулся Найл. — Ты так и не сказал мне, где спрятал все те прекрасные сокровища, которые украл у своего босса, и я об этом не забыл.

Они продолжили спорить вполголоса, но я игнорировал их, мой взгляд скользил по мужчинам, которые перемещались по залу, смеясь и похлопывая друг друга по спинам. Здесь было и несколько женщин, но в основном в помещении преобладали мужчины.