Мои фишки снова удвоились, и люди за столом зааплодировали. Я собрала приличную толпу, кучку изголодавшихся по деньгам зомби, почуявших свежую кровь. Это было действительно печально — жажда в их глазах, завистливые гремлины, выглядывающие из них, когда они смотрели, как я забираю свою стопку пластиковых фишек, а мой друг-ковбой свою.

Мой взгляд переместился на единственное, что имело для меня значение во всем этом зале, на самом деле, во всем этом городе. И я обнаружила, что он смотрит на меня в ответ с хищным выражением на лице, так что я улыбнулась ему в ответ, а Гленда сделала сальто назад у меня в груди. Вот что было настоящим. Я, он и дом далеко-далеко, где две прекрасные, извращенные души и моя милая дворняжка ждали моего возвращения домой.

Найл подмигнул мне, его рука скользнула вверх по затылку Эстебана, и внезапно он ударил его лицом об стол, а затем поднял со стула и швырнул прямо на него. Эстебан закричал, моя мама закричала, а крупье отскочил назад в испуге. В следующую секунду Найл был на нем, залез на стол, прижал колено к спине Эстебана и стащил с него штаны, обнажив его задницу. Он начал заталкивать фишки Эстебана между его ягодицами, когда два охранника начали движению в его сторону с другого конца зала. Но Найл не остановился на достигнутом, он начал играть на ягодицах Эстебана, как на бонго, пока моя мать продолжала кричать. Эстебан брыкался под ним, а куча людей начала снимать его на телефоны, хотя кепка, которую украл Найл, каким-то образом идеально скрывала его лицо от их любопытных камер, как будто она была в курсе этого розыгрыша.

Из моих легких вырвался дикий смех, и я схватилась за бока, полностью потеряв контроль над собой, глядя на своего сумасшедшего мужа, который шлепал Эстебана своими огромными татуированными руками по заднице и отбивал довольно ритмичную мелодию с удивительным мастерством.

— Венди! — закричал Эстебан моей маме, но она просто продолжала смотреть, как будто ее разум не мог понять, что происходит.

Найл так сильно шлепал Эстебана по заднице, что она стала ярко-красной, и моя голова начала покачиваться в такт мелодии, которую он отбивал. Я была почти уверена, что это «Can't Stop» группы Red Hot Chili Peppers, поэтому я начала напевать партию бэк-вокалиста себе под нос и мысленно подставила игру гитары.

Охранники добрались до стола, но Найл быстро вскочил, спрыгнул с него и ударил Эстебана ногой в голову так, что тот перелетел через стол и тяжело приземлился на пол.

— Венди! — закричал Эстебан еще громче, и моя мама наконец очнулась от ступора, наклонилась и начала выгребать кучу фишек из задницы своего мужа.

Я сунула все свои фишки своему другу-ковбою, схватила подаренный им мне галстук и помахала ему на прощание. Он в шоке уставился на меня, а я развернулась и побежала навстречу Найлу, который несся ко мне сквозь толпу.

Я была такой маленькой, что не могла ничего разглядеть над головами людей, которые толпились, пытаясь увидеть, что происходит. Я толкалась и продиралась сквозь толпу, ища своего Адское Пламя, в то время как мое сердце дергалось и стучало в груди.

— Найл! — Позвала я его, и внезапно мужчина, который маячил передо мной был сбит с ног, как зубочистка, сломавшаяся пополам, а затем появился Найл, схватил меня за руку и широко улыбнулся.

— Пора уходить, Паучок. — Найл потащил меня за собой, и я побежала с ним так быстро, как только могла, проносясь между столами, пока мы, наконец, не нашли дверь и не выбрались наружу, прежде чем кто-нибудь смог нас остановить.

Наш водитель уже ждал нас, он открыл заднюю дверь и впустил нас внутрь.

Я упала на колени Найлу, когда дверь за нами закрылась, и водитель прыгнул в машину, уезжая прочь, как раз в тот момент, когда охранники высыпали из казино и в замешательстве начали осматриваться по сторонам в поисках нас.

Мы вдвоем так сильно смеялись, что, клянусь, одно из моих легких готово было выскочить из горла, но вместо этого губы Найла накрыли мои, и он прижал меня к себе.

Наш смех превратился в хриплое дыхание, и внезапно он задрал мое платье, а я стянула с него штаны, пока мы яростно целовали друг друга.

— Если ты хоть раз оглянешься сюда, я вырежу твои глаза, брошу их в колодец желаний и пожелаю, чтобы все твои кошмары сбылись, — предупредил Найл водителя, который натянуто кивнул, прежде чем поднять перегородку между нами.

Это было идеальное завершение идеальной ночи, и мне не терпелось рассказать обо всем Матео и Джеку.

Мои мышцы постепенно приходили в норму, чувствительность возвращалась к ним понемногу, пока я сидел в кресле напротив Матео и слушал его. Мы оба уснули, у нас не было выбора, кроме как провалиться в сон прямо в этих креслах и надеяться, что другой не проснется первым, почувствовав, что может двигать конечностями, и не убьет другого в порыве кровожадности.

Но, к моему удивлению, проснулся я не от ощущения его рук на моем горле или какого-то оружия, вонзающегося в мою плоть. Когда я открыл глаза я увидел его пронзительный взгляд, наблюдавший за мной, оценивающий меня, воспринимавшим все во мне так, как не делал никто из людей, с которыми я проводил время во время моего заключения.