Сейчас этот взгляд вернулся, только хуже. Намного, намного хуже.

В том бассейне должен был оказаться я.

— Мы с тобой никогда не закончим, Тейт. Ты еще не поняла этого?

— Пошел вон.

— Нет. Пока ты не скажешь мне, что я могу сделать, что ты хочешь, чтобы я сделал, чтобы исправить это, — ответил он, сжимая ее запястья. Она должна была сказать ему, он должен был знать. Джеймсон Кейн мог все исправить, решить любую проблему — ей просто нужно было сказать ему, как это сделать. Он должен был как-то это сделать. Она начала смеяться, и смех превратился в рыдания.

— Хочешь знать, чего я хочу? Чего я действительно хочу? Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Я хочу, чтобы ты ушел. Лучше бы я никогда тебя не встречала. Я жалею, что встретила тебя. Хотела бы я не угодить на ту тупую вечеринку, и я жалею, что пошла к тебе той ночью. Я хочу, чтобы тебя больше не существовало. Я хочу, чтобы ты просто исчез, — плакала Тейт, пытаясь освободить запястья.

Не существовало? Но я создал ее. Она моя. Ты не сможешь существовать, если меня не будет, глупышка.

— Хорошо, хорошо, — мягко произнес Джеймсон, отстраняясь, когда она, казалось, вот-вот задохнется. Он никогда не видел ее такой расстроенной. — Если это то, чего ты действительно хочешь, я уйду.

Она продолжала рыдать, когда он схватил свой пиджак со спинки стула. Она прижала ладони к глазам, пытаясь остановить потоки слез. Ему было больно видеть ее такой.

Болела его черная душа. Он понял, что она что-то говорит, поэтому вернулся к кровати, пока надевал пиджак.

— Просто уйди, просто уйди, просто уйди, просто уйди, — снова и снова шептала Тейт. Джеймсон вздохнул и убрал волосы с ее лица, прежде чем наклониться и поцеловать ее в лоб. Она замерла, ничего не говоря. Просто плакала. Он отвернулся и заставил себя не оглядываться назад. Если бы он оглянулся, он потерялся бы навсегда, а если бы он был потерялся, он, как пить дать, не смог бы найти ее снова.

А Тейтум определенно стоила того, чтобы быть найденной.

— Увидимся, малышка, — выкрикнул он, шагая к двери.

— Нет, не увидимся, — ответила она ему вслед.

История действительно повторяется.

Он не мог удержаться от смеха. В конце концов, он был Сатаной.

— Увидимся, если я захочу.

Глава 1.

— Что ты делаешь?

Тейт посмотрела через плечо, пытаясь понять, кому принадлежит шипящий на нее голос. Ее лучший друг, Энджер, вышел из тени, присоединившись к ней на краю балкона. Она вздохнула и снова посмотрела на город.

— Пытаюсь сбежать, — ответила она. Парень взглянул на нее.

— Я имел в виду, какого хрена? Думал, ты сказала, что больше не собираешься этого делать.

— Это ты сказал, что я больше не собираюсь этого делать. С моих уст подобного не звучало.

Тейт сделала долгую затяжку сигаретой и выпустила дым в него. Эндж был намного выше ее, почти на фут, и дым практически рассеялся до того, как долетел до него. Парень пристально посмотрел на дымку и взмахнул рукой.

— Из всего, что ты когда-либо делала на моих глазах, это безусловно самое отвратительное, — сказал он ей. Девушка прыснула со смеху.

— Вау. Учитывая все тобой увиденное, это весомое заявление, — хихикнула она. Наконец он улыбнулся ей.

— В точку.

* * *

С тех пор, как она оправилась после своего полуночного коктейля а-ля «Ксанакс-виски-бассейн», отношения Тейт с Энджем натянулись. Она была более благодарна, чем когда-либо могла выразить словами, но и смущена всей ситуацией до такой степени, что едва могла смотреть ему в глаза. Эндж видел ее в худшем состоянии, на самом дне — настолько низко, что она больше не видела пути обратно. Все было настолько плохо, что она даже не могла вспомнить об этом.

А вот Эндж мог. Воспоминания были яркими, разноцветными, словно с высоким разрешением. После того, как Тейт выписали из больницы, она осталась у него на пару ночей, и было трудно сказать, чьи кошмары были хуже, ее или его. Тейт немного напугала его, и никогда не сможет простить себя за это.

Но даже знание всего этого, знание всего того, что Эндж сделал для нее, и всего, что она сделала с ним, не мешало ей испытывать к нему раздражение. Вина от этого ощущалась лишь сильнее, но такова была правда. Она не могла ее отрицать. Тейт никогда не умела обманывать себя.

Эндж лелеял ее, крутился рядом, смотрел на нее с настороженностью в глазах, будто ожидал, что она в любой момент спрыгнет со скалы. Она жила с ним неделю, но когда поймала его, прячущим ножи, съехала. Она не была самоубийцей, и он утверждал, что знал, это, но его действия говорили иначе. Она вернулась в свою старую квартиру, тесня сестру Элли и свою былую соседку по комнате, Расти.