Дамиано помолчал, потом развернулся и вышел из кабинета. Ей было все равно. Он не имел к этому никакого отношения. Она была благодарна ему за помощь — в конце концов, это спасло ей жизнь. Но он не станет во всё это вмешиваться. А ей нужно вернуть своих парней.

Не успела Лили обойти стол, как в комнате снова возник Дамиано. Он ничего не сказал, просто прошел мимо нее. Она услышала, как он сел в кресло, но не обернулась. Лили старалась не обращать внимания на невыносимую боль: у нее болело абсолютно все тело, с ног до головы.

— Тут немного, но это поможет тебе продержаться еще пару часов, — наконец проговорил он у нее за спиной.

Лили медленно повернулась к нему.

— Это ещё что за хрень?

Перед ней красовались три аккуратные белые полоски. Сначала ей показалось, что он принес с улицы снег. Но это было глупо. Она разговаривала с наркобароном, с очень особенным наркобароном. Конечно же, в его распоряжении имелся кокаин.

— Это лучшее, что можно купить за деньги, и я предлагаю его тебе бесплатно.

— Нет, спасибо, мне сейчас не до кайфа.

— Разумеется. Но ты в двух шагах от обморока. Это придаст тебе энергии и поможет справиться с болью. Если бы у меня был Эпинефрин, я бы предложил тебе его. Но к сожалению, это все, что у меня есть. Поэтому я настоятельно тебя прошу — прими это.

Лили засомневалась. Она употребляла кокаин всего пару раз на роскошных вечеринках боссов русской мафии, когда еще отмывала для них деньги. Но даже тогда она делала это только в тех случаях, когда её отказ показался бы подозрительным. С тех пор прошло много лет. И все же. Он был прав. Лили чувствовала себя заторможенной, усталой и слабой. Три качества, которые никак не помогут Марку с Кингсли.

Дамиано протянул ей туго скрученную долларовую купюру, и Лили торопливо ее выхватила. Очень быстро, одну за другой она втянула в себя дорожки: раз, два, три.

— Ладно, — выпрямившись, выдохнула она. — Ладно, я это сделала. А теперь давай валить отсюда, пока у меня не случился сердечный приступ.

Они пошли через конюшню. Лили с удивлением заметила, что по дому ходят какие-то женщины, собирают детей и заворачивают их в одеяла.

— О них позаботятся, — заверил ее Дамиано, заметив, куда она смотрит.

Лили взглянула на него.

— Как? Я не хочу их спасти, а потом обнаружить, что ты используешь их для перевозки наркотиков или какой-нибудь другой херни, — бросила она.

Дамиано помотал головой.

— Нет. Их передадут штату Нью-Йорк вместе с подробным рассказом о том, как они сюда попали. Если тебе сегодня не удастся убить Станковского, то, по крайней мере, я лишу его возможности свободно орудовать в Америке. Дети будут в безопасности, — его голос стал резким, будто она его оскорбила. — Мы соберем о каждом информацию, а потом их отвезут в город. Дети для меня святое, я никогда не причиню им вреда.

У Лили не было сил с ним спорить или устраивать ему допрос с пристрастием. Она волновалась о детях, но пока они были в безопасности. А вот Марк с Кингсли — нет. Ей придется поверить Дамиано, поверить, что он сделает то, что обещал.

«Пожалуйста, пусть все это будет правдой. Не знаю, хватит ли у меня сил на еще один крестовый поход против международного преступника».

Они вышли на улицу, и Лили увидела, что люди Дамиано связали всех оставшихся охранников Станковского. У конюшни стоял видавший виды Шевроле «Эль Камино» с заведённым двигателем.

— К сожалению, не самая лучшая машина. Мы быстро мобилизовались, удалось найти только это. Будь осторожна на снегу. На сиденье карта, на ней обозначен главный дом Станковского и еще несколько зданий. Гостевой дом, сараи и все такое, — объяснил он.

Лили слушала его, кивала и старалась не отставать. Она не смотрела под ноги, поэтому, когда споткнулась обо что-то твердое, то немного опешила. Она посмотрела вниз и увидела перед собой что-то темное. Лили наклонилась и начала разгребать снег, затем потрясенно отшатнулась. Через секунду она начала громко смеяться.

— Не могу в это поверить, — задыхаясь, бормотала она.

— О, нет. Не надо было давать тебе наркотики. У тебя бред, — простонал Дамиано.

Лили покачала головой и, все еще смеясь, подняла что-то с земли.

— Нет. Я в порядке. Думаю, все будет хорошо, — засмеялась она и стряхнула снег со своего «Глока-22».

«Должно быть это знак. Пожалуйста, пусть это будет хороший знак ».  

Марк раскачивался взад-вперед, не сводя глаз с дороги. Далеко ли они уели? Как далеко он теперь от нее?

«Мертва. Она мертва. Её убили из-за тебя».

«НЕТ! Она не может умереть. Лили так просто не убить. Что-то должно произойти. Господи, пожалуйста, я не так часто с тобой разговариваю, но пожалуйста. Не дай ей умереть».

« Она не может умереть ».