Она старается не соглашаться слишком легко.

– Я не знала, что ты из тех, кто ходит на свидания.

– Люди меняются. Ты теперь хороший человек, а я романтик.

Она прикусывает губу.Наверное, думает, что это выглядит соблазнительно, но у нее на зубах помада.

– Когда?

– Завтра. Ты знаешь Poke Bar на Ла-Салль?

– Ага.

Конечно, она знает. Это прямо через дорогу от Альянс Банка.

– Встретимся там в одиннадцать.

– Хорошо.

Она улыбается, довольная и взволнованная. Я тоже пытаюсь скрыть свою улыбку, но по совершенно другим причинам.

– Не хочешь выпить прямо сейчас? – спрашивает она.

– Я не могу. Я должен найти Леви.

– Ох, – она разочарованно хмурится.

– Увидимся завтра, – говорю я.

Я оставляю ее у бассейна, делая вид, что отправляюсь на поиски Леви. На самом деле мне не нужно никого искать. Я привел свой план в действие. Теперь я могу расслабиться и пропустить пару стаканчиков без Беллы.

Я натыкаюсь на Мейсона в гостиной. Он сгорбился на диване, топя свои печали в бутылке ржаной водки.

– Привет, чувак, – говорю я. – Что случилось?

Он делает еще один глоток, угрюмо глядя через комнату. Следую за его взглядом туда, где Патриция очень близко танцует с красивым, мускулистым мужчиной в рубашке поло.

– Кто этот парень? – спрашиваю я его.

– Рокко Дин, – с горечью произносит Мейсон. – Он работает в Риджмуре.

– О точно, он дает уроки, верно?

– По гольфу и теннису, – говорит Мейсон, делая еще один жалкий глоток.

– Хм, – говорю я, заимствуя бутылку для быстрого глотка. – Имеет смысл. Патриция горячая штучка. И этот чувак выглядит намного лучше, чем ты.

Мейсон дергает свою бутылку обратно.

– Чувак, заткнись на хрен.

– Я просто говорю, что это не твоя вина – ты ничего не можешь с этим поделать. Вся проблема в твоем лице. Может быть, если бы у тебя был характер получше…

Он пытается ударить меня по руке, но я со смехом отбиваю его кулак.

– Она говорит, что у меня нет цели. Я никуда не стремлюсь.

– Ну, ты действительно живешь в доме своей мамы.

– Мне нужна работа получше.

Я снова краду его напиток, делая большой глоток.

– Возможно, у меня есть кое-что для тебя, – говорю я ему.

– Ох, правда? – оживляется он.

– Все не так просто. Нам нужен водитель, здоровяк с мускулами, взломщик замков и кто-то, кто может справиться с сигнализацией. Плюс кое-какое специальное оборудование.

Он ухмыляется.

– Какое оборудование?

– Я дам тебе список, – говорю я. – Завтра.

Мейсон хорошо разбирается в изготовлении подделок. Если я дам ему характеристики, он сможет собрать практически все, что угодно.

– Данте в роли здоровяка? – спрашивает он.

– Возможно.

Я не уверен, смогу ли я втянуть в это своего старшего брата. Он стал таким осторожным. Возможно, было бы лучше обрушить это на него в последнюю минуту, когда процесс запущен.

– Я полагаю, ты будешь взламывать замки, – говорит Мейсон.

– Конечно.

– Мы могли бы попросить Джонси отключить сигнализацию.

– Да, если он снова принимает лекарства.

– А что насчет водителя?

В этот момент в гостиную входит Камилла Ривьера. Она выглядит совсем дерьмово – волосы, словно сумасшедший клубок кудрей. Огромные темные круги под глазами. Выражение лица такое, как будто она только что увидела, как перед ней произошла автокатастрофа.

– Нужно решить, – говорю я Мейсону.

Я перехватываю Камиллу у бочонков. Она только что налила себе стакан дерьмового пива и залпом выпивает его.

– Что с тобой произошло? – спрашиваю я.

– Не твое дело, – огрызается она.

Она допивает свое пиво и наливает еще, стакан наполовину заполнен пеной.

– Ты слишком торопишься, – говорю я, наблюдая, как она так же быстро допивает пиво.

– Мне не нужны твои комментарии, Неро, – говорит она, осушая второй стакан. – Ты, наверное, последний человек на планете, который должен меня ругать за то, что я слишком много пью.

Это был тот момент в разговоре, где я обычно говорил ей, чтобы она остыла. Но сегодня я этого не делаю. Я вижу яркие слезы, блестящие в уголках глаз Камиллы. За все годы, что я ее знаю, за все время, что я видел ее рассерженной, обеспокоенной или подавленной, я никогда не видел, чтобы она плакала. Ни разу.

С этим зрелищем что-то серьезно не так. Как увидеть льва с обритой гривой. Это заставляет меня чувствовать то, чего я никогда не хотел бы чувствовать – сочувствие.

– В чем дело? – спрашиваю я ее. – Что случилось?