– Когда ты полюбил маму? – спрашиваю я, вспоминая, что брак моих родителей тоже был не вполне традиционным.

– Я не сентиментальный человек, – говорит отец. – Думаю, мы с тобой в этом похожи. Я не особо задумываюсь о любви или о том, что это вообще значит. Но знаю, что могу доверять твоей матери. Она доказала, что я могу положиться на нее, что бы ни случилось. Именно это нас и связало. Именно тогда я понял, что больше не одинок. Потому что в мире есть по крайней мере один человек, на которого я могу рассчитывать.

Доверие как основа любви.

Это совсем не романтично на первый взгляд.

Но это имеет смысл, особенно в нашем мире. Любой гангстер знает, что друг всегда может всадить тебе пулю в спину не хуже врага – на самом деле, даже быстрее.

Доверие встречается реже, чем любовь.

Это означает вложить свою судьбу, свое счастье, свою жизнь в чьи-то руки. И надеяться, что этот кто-то о них позаботится.

Мой телефон снова вибрирует.

– Минутку, – говорю я отцу, выходя в холл, чтобы ответить.

– Я видел ее мельком, – говорит Джек. – Сидела в ресторане с каким-то парнем. Он что-то ей передал, маленькую коробочку. Она убрала ее в сумку.

– Что за парень? – спрашиваю я – во рту пересохло, пальцы судорожно сжимают трубку.

– Не знаю, – виновато говорит Джек. – Я видел лишь его затылок. У него темные волосы.

– Это был Касл?

– Не знаю. Они сидели на веранде. Я зашел в ресторан, хотел найти столик, чтобы понаблюдать за ними и подслушать разговор. Но пока я был внутри, они ушли. Я не смог отыскать ее снова.

– Где ее машина? – требовательно спрашиваю я.

– Ну, а это самое странное, – я слышу в трубке тяжелое дыхание, словно Джек разговаривает на ходу. – Джип припаркован там же. Но Аида пропала.

Должно быть, она ушла с тем парнем.

ТВОЮ МАТЬ!

Мое сердце бешено стучит, я ощущаю тошноту.

Она сейчас с ним? Куда они направляются?

– Продолжай поиски, – рявкаю я в трубку.

– Хорошо, – отвечает Джек. – Вот только…

– Что?

– Я нашел ботинок.

Я вот-вот взорвусь, а Джек несет какую-то околесицу.

– Что ты, блин, мелешь?

– На парковке валялся кед, прямо под джипом. Женский конверс без шнуровки кремового цвета, восьмой размер. Левая нога.

Я ломаю голову, пытаясь вспомнить, во что была одета Аида, когда садилась в джип. Кроп-топ лавандового цвета. Джинсовые шорты. Голые ноги. А там, ниже… кеды, как обычно. Такие, которые можно надеть, не завязывая шнурков. Почти уверен, что они были белого или кремового цвета.

– Оставайся на месте, – велю я в трубку. – Жди меня у джипа. Приглядывай за кедом.

Я завершаю разговор и спешу назад в кабинет.

– Мне нужно ехать, – говорю я отцу. – Ты не против, если я заберу машину?

– Бери, – отвечает он. – Я доеду домой на такси.

Я спешу вниз, мысли проносятся галопом.

Какого хрена происходит? С кем встречалась Аида? И как она потеряла кед?

По пути к Джеку я названиваю Аиде снова и снова. Гудки идут, но трубку никто не снимает.

На четвертый звонок я попадаю на голосовую почту даже без гудков. Это значит, что телефон отключился.

Я начинаю волноваться.

Может, я полный кретин и Аида прямо сейчас трахается в каком-нибудь номере в отеле, срывая одежду с другого мужчины.

Но я так не думаю.

Понимаю, как все выглядит со стороны, но просто не могу в это поверить. Не думаю, что она мне изменяет.

Думаю, она в беде.

Я сижу за столом напротив моего нового лучшего друга Джереми Паркера. Он передает мне коробочку, которую я так ждала и чаяла всю неделю, и я приоткрываю крышку, чтобы заглянуть внутрь.

– Господи, поверить не могу, – выдыхаю я.

– Знаю, – смеется он. – Это была самая сложная задачка из тех, что мне приходилось выполнять. Ушло три полных дня.

– Ты волшебник. Честно.

Он улыбается, довольный не меньше моего.

– Ты не против, если я выложу это на свой YouTube-канал? – спрашивает Джереми. – Я все время был с камерой GoPro, получился неплохой материал.

– Конечно! – отвечаю я.

Я закрываю коробочку, до сих пор не в силах поверить, что именно держу в руках, и убираю ее в свою сумочку. Я передаю парню конверт с оговоренной суммой плюс бонус за спасение моей гребаной задницы.

– Что ж, звони, если еще понадоблюсь, – говорит он, салютуя.

– Надеюсь, что не понадобишься, – смеюсь я. – Без обид.

– Как скажешь, – хихикает он.

Джереми поднимает руку, чтобы позвать официантку.

– Я уже все оплатила, – говорю я.

– О, спасибо. Не стоило.

– Это меньшее, что я могла сделать.

– Хорошо, тогда я пошел.

Парень машет мне на прощание и выходит из ресторана. Я срезаю напрямик через веранду и пересекаю улицу, потому что это самый быстрый путь к стоянке, где я оставила джип.

Мои ноги едва касаются земли.