– Эй! – говорю я. – Какого хрена ты творишь?

– Очевидно, принимаю душ, – отвечает она. – Один мудак окунул меня в бассейн.

– Но здесь я.

– Правда? – говорит Аида, наградив меня равнодушным взглядом. – Спасибо за эту ценную информацию. Подобные проницательность и нюх на эксклюзив, несомненно, обеспечат тебе кресло олдермена.

– Сарказм – низшая форма юмора, – говорю я, подражая самой раздражающей отцовской интонации.

– Учиться у тебя юмору – все равно что спрашивать собаку, как делать аппендэктомию.

Аида тянется через меня, чтобы взять шампунь.

Ее голая рука касается моего живота, и в этот момент я осознаю, что мы, вообще-то, никогда раньше не видели друг друга обнаженными.

Я привык, что девушки мучительно пытаются держать себя в форме, не гнушаясь никакими средствами, – диеты, таблетки, пилатес и даже хирургическое вмешательство. Похоже, ничем таким Аида себя не утруждает. Судя по тому, что я уже видел, она ест и пьет все, что пожелает, а еще она годами не надевала кроссовки для бега. Поэтому у нее пышные формы, мягкий живот и большая задница.

Но должен признать… ее фигура охренительно сексуальная. Вряд ли Аида расценила бы это как комплимент, но она настоящая секс-бомба – не хватает только мехового бикини, тогда получится вылитая Ракель Уэлч из «Миллиона лет до нашей эры».

Мне хочется узнать, каково это – хорошенько схватить Аиду за пышную задницу, увидеть, как она скачет на мне верхом. Кувыркаться с ней и не сдерживать себя в ласках, боясь, что она сломается как спичечная фигурка.

Неприкрытая одеждой, смуглая кожа моей супруги смотрится еще лучше. Под горячим душем она вся раскраснелась, особенно на груди. Я пытаюсь не пялиться на ее полные, округлые груди, но невозможно оторвать взгляд от того, как мыльная пена скользит в ложбинку между ними…

Теплая вода стекает по телу Аиды к треугольнику между ее ног, где я вижу голую киску, которая кажется мягче шелка. Она депилирована специально для меня, согласно моим пожеланиям, и это чертовски эротично.

Аида такая дикая и строптивая. Трудно заставить ее сделать что-то. Она намерена противостоять мне, делая все в точности наоборот.

Чем больше она сопротивляется, тем сильнее мне хочется контролировать ее. Подчинить своей воле. Заставить делать все, что я захочу ради моего удовольствия…

Мой член тяжелеет и наливается. Я вижу, как трепещут черные ресницы Аиды, когда она невольно опускает взгляд.

Она снова быстро отводит глаза, смывая шампунь с волос. Но вскоре ее взгляд возвращается к моему телу.

Я знаю, что хорош. Я тренируюсь каждое утро – шестьдесят минут силовых упражнений и тридцать минут кардио. Мой повар готовит мне сбалансированные блюда, учитывающие потребность в белках, жирах и углеводах. Благодаря этому у меня прекрасная физическая форма и идеальный пресс.

Глаза Аиды задерживаются на моих кубиках, и член продолжает набухать под ее пристальным взглядом. Теперь его сложно не заметить.

– Увидела что-то интересное?

– Нет, – отвечает она, упрямясь как обычно.

– Чертова врушка.

Я подхожу ближе, так что мой возбужденный член касается ее голого бедра. Наши ноги, скользкие от мыла, соприкасаются. Я запускаю руку в ее густые темные волосы, наматывая на ладонь мокрую прядь, а затем оттягиваю ее голову назад, чтобы она посмотрела на меня снизу вверх.

– Ты разрушила нашу брачную ночь, – говорю я. – Ты знаешь, что мы не женаты, пока не переспим.

– Знаю, – отвечает Аида.

– Ты не ела больше ничего отравленного, правда?

Прежде чем она успевает ответить, я снова жестко прижимаю свои губы к ее.

Когда я целовал Аиду в церкви, это было не более чем завершение дурацкого ритуала. Теперь же я целую ее, чтобы узнать, каковы ее губы на вкус. Я хочу прижаться к ней всем телом и ласкать руками эту нежную бронзовую кожу.

Аида невероятно мягкая. Не знаю, как у кого-то с таким колючим характером могут быть самые мягкие губы, плечи и грудь, которых я когда-либо касался. Я хочу гладить руками каждый дюйм ее тела.

Сначала она кажется жесткой и неприступной, не желающей отвечать на мои ласки. Но когда мое бедро прижимается к ее обнаженной маленькой щелке, и когда я беру ее грудь в свои ладони, она ахает и ее губы приоткрываются, позволяя мне скользнуть языком в ее рот.

Теперь Аида прижимается ко мне, трется своей киской о мою ногу. Она целует меня в ответ, достаточно глубоко, чтобы я ощутил стойкий привкус хлорки на ее губах.

Я провожу рукой вниз по ее животу прямо к гладкой киске. Сжимаю рукой идеально нежные губы, восхищаясь ее открытостью и беззащитностью. Затем скольжу между складок и нахожу крохотный бугорок клитора, разбухшего от горячего душа. Обвожу его средним пальцем, опускаясь ниже, чтобы проверить, как сильно она намокла, и возвращаюсь к самой чувствительной точке.

Аида вздыхает, когда я ласкаю ее там, и сжимает свои бедра вокруг моих, трется и прижимается к моей ладони своей киской.