Но я была права, по крайней мере, в отношении одного человека: мужчины, сидящего рядом со мной. Рэйлан прилетел в Чикаго, чтобы убедиться, что я в безопасности. Он спас меня, когда больше некому было это сделать. С тех пор он не отходит от меня ни на шаг, разве что почистить зубы или сходить в душ в моей больничной палате.

Мы так счастливы снова быть вместе, что только об этом и говорим.

Мы не обсуждаем нависший вопрос о том, как нам оставаться вместе в течение долгого времени. Я знаю, что семья Рэйлана хочет, чтобы он вернулся домой. Но моей семье я нужна здесь, как никогда. После смерти дяди Орана я нужна им, чтобы возглавить юридическую фирму. Не просто, как партнер, а как управляющий партнер. Она не может достаться никому другому, только члену семьи можно доверить наши самые уязвимые секреты.

Есть и более срочная причина, по которой мне нужно выбраться из больницы: я не хочу пропустить свадьбу Данте и Симоны.

Она будет маленькой и закрытой, на ней будут присутствовать менее двадцати человек. Включая меня и Рэйлана.

Доктор Вебер настаивает на проведении сотни анализов, прежде чем мне разрешат уйти. В конце концов, он приходит к выводу, что у меня может быть легкое повреждение печени, но в остальном я не пострадала от попытки отравления дяди Орана.

— Следите за потреблением алкоголя в течение следующих нескольких месяцев, и, надеюсь, все повреждения заживут, — говорит доктор Вебер.

— Я полагаю, это не включает вино, — говорю я ему.

— Это определенно включает вино.

— А как насчет скотча?

Он невесело качает головой.

— Я прослежу, чтобы она вела себя прилично, — говорит Рэйлан.

— Теперь ты будешь охранять меня от спиртного? — говорю я, бросая на него недоверчивый взгляд.

— Если это то, что я должен делать.

Я откидываю волосы назад на плечо.

— Хотела бы я посмотреть, как ты попробуешь, — холодно говорю я.

Рэйлан хватает меня за руку и притягивает к себе, так что мое тело оказывается прижатым к его широкой груди. Его щетина царапает мою щеку, когда он наклоняется, чтобы прошептать мне на ухо.

— Не думай, что ты в безопасности, только потому что мы в Чикаго, дорогая. Если понадобится, я могу найти плетку для верховой езды.

Волна похоти, нахлынувшая на меня, почти выбила у меня землю из-под ног. Если бы он не держал меня железной хваткой за руку, я бы точно споткнулась.

Тем не менее, я смотрю в эти ярко-голубые глаза с самым надменным выражением.

— В следующий раз я не сделаю это для тебя так легко, — говорю я.

— Легко или грубо… Я возьму то, что хочу, — рычит он.

Мне приходится отвернуться от него, пока он не увидел, что мои щеки пылают так же красно, как и волосы.

Мы с Рэйланом расстаемся ненадолго, чтобы успеть одеться перед церемонией. Я вижу, что он не хочет выпускать меня из виду даже на мгновение.

— Все в порядке, — говорю я ему. — Не осталось никого, кто мог бы попытаться убить меня.

— Я не уверен в этом, — говорит он, вздернув бровь. — У тебя здесь был довольно внушительный список врагов, если ты помнишь.

— Я не волнуюсь, — говорю я. — Я становлюсь довольно умелой в драке.

— С этим не поспоришь, — говорит Рэйлан и дарит мне последний быстрый поцелуй.

Несса ждет меня у входа в больницу, в своем армейском зеленом джипе. Она стала свидетельницей поцелуя и продолжительного разговора, прежде чем мы с Рэйланом расстались.

Я чувствую ее волнение, когда скольжу на пассажирское сиденье.

— Это было просто высококлассное обслуживание клиентов? — спрашивает она. — Или у телохранителя серьезные чувства?

— Пожалуйста, не называйте это чувствами, — говорю я, закатывая глаза.

— Риона Гриффин, тебе лучше рассказать мне ВСЕ прямо сейчас! — ноет Несса.

— Хорошо, — говорю я. — Но ты должна пообещать не сходить с ума. Это была довольно… напряженная пара недель.

— Я не буду психовать, — говорит Несса, но она уже подпрыгивает на своем сиденье, едва обращая внимание на дорогу, когда отъезжает от обочины.

— И машину не разбей, — говорю я.

— Я бы никогда! — фыркает Несса. — В этом году я получила только два штрафа. Мое вождение значительно улучшилось.

— Я сделаю вид, что ты этого не говорила.

Я рассказываю Нессе краткую версию того, чем я занимаюсь с тех пор, как загорелась моя квартира. Я могу сказать, что она умирает от желания прервать меня сотни раз, но она сдерживается, чтобы дослушать до конца. Когда я, наконец, дохожу до конца, она визжит:

— Я не могу в это поверить! Неужели моя старшая сестра может быть, возможно, на самом деле… влюблена?

Я хмурюсь.