– А – а. – Она разочарованно хмурится.

– Увидимся завтра, – говорю я.

Я оставляю Беллу у бассейна, отправляясь на мнимые поиски Ливая. На самом деле больше меня на этой вечеринке ничего не интересует. Процесс запущен. Теперь можно расслабиться и пропустить пару стаканов без назойливой компании Беллы.

В гостиной я натыкаюсь на Мейсона, который, развалившись на диване, топит свое горе в бутылке ржаного виски.

– Привет, чел, – говорю я. – В чем проблема?

Он делает еще один глоток, угрюмо глядя в другой конец комнаты. Проследив за его взглядом, я вижу Патришу, танцующую вблизи симпатичного накачанного парня в рубашке-поло.

– Кто это? – спрашиваю я.

– Рокко Дин, – с горечью отвечает Мейсон. – Он работает в «Риджмуре»^[43].

– О, так он тренер?

– По гольфу и теннису, – отвечает Мейсон, делая еще один печальный глоток.

– Хм, – говорю я, забирая у парня бутылку, чтобы отхлебнуть. – Похоже на правду. Патриша горячая штучка. А этот парень выглядит куда симпатичнее тебя.

Мейсон забирает бутылку обратно.

– Чел, заткнись на хрен.

– Я лишь говорю, что это не твоя вина – что тут поделать. У тебя просто такое лицо. Может, будь ты лучшим человеком…

Парень пытается стукнуть меня по руке, но я смеясь отбиваю его кулак.

– Она говорит, что мне недостает амбиций. Что я ни к чему не стремлюсь.

– Ты живешь со своей матерью.

– Мне нужна работа получше.

Я снова беру его виски и делаю большой глоток.

– Возможно, я могу тебе кое-что предложить, – говорю я.

– Вот как? – оживляется Мейсон.

– Но это не так-то просто. Мне нужен водитель, здоровяк, взломщик и кто-то, кто шарит в сигнализациях. И определенное оборудование.

Мейсон ухмыляется:

– Какое еще оборудование?

– Я пришлю тебе список, – отвечаю я. – Завтра.

Этот парень – мастер на все руки. Если я опишу, что мне нужно, он сможет собрать это в два счета.

– Данте – твой здоровяк? – спрашивает он.

– Возможно.

Не уверен, что смогу втянуть в это брата. Он стал слишком консервативным. Пожалуй, лучше обрадовать его в последний момент, когда все уже завертится.

– Я так понимаю, взломщик – это ты, – говорит Мейсон.

– Разумеется.

– Джонси может справиться с сигнализацией.

– Ага, если снова принимает свои лекарства.

– А что с водителем?

В этот момент в гостиную заходит Камилла Ривера. Выглядит она паршиво – кудрявые волосы спутались, под глазами темные круги, а на лице застыло такое выражение, словно девушка стала свидетельницей автомобильного взрыва.

– Скоро узнаем.

Я перехватываю Камиллу у пивной бочки. Она налила себе бокал дерьмового пива и теперь пьет его залпом.

– Ты откуда? – спрашиваю я.

– Не твое дело, – резко отвечает девушка.

Она допивает пиво и наливает еще один бокал, наполовину заполненный пеной.

– А ты спешишь, – отмечаю я, глядя на то, как второй бокал исчезает в ней так же быстро, как первый.

– Я не нуждаюсь в твоих комментариях, Неро, – говорит она, осушая бокал. – Ты последний человек в мире, кто может читать мне лекции о вреде алкоголя.

Обычно в этот момент я велю собеседнику заткнуться. Но не сегодня. Я вижу, как сверкают яркие слезы в уголках глаз Камиллы. За все годы, что мы знакомы, я видел ее в гневе, волнении или стрессе. Но никогда не видел ее в слезах. Ни разу.

И с этой картинкой явно что-то не так. Словно льву состригли его гриву. Я испытываю чувство, которого всегда избегаю, – жалость.

– Что происходит? – спрашиваю я. – Что случилось?

– Тебе-то что? – кричит Камилла. – Хватит изображать участие! От этого только хуже.

Ее крик привлекает внимание окружающих, но мне все равно.

Девушка пытается уйти, но я хватаю ее за руку и тяну обратно. Я разворачиваю Камиллу к себе, и ее тело прижимается к моему. В доме жарко, как в аду, но кожа Риверы еще жарче. Кровь бурлит в моих венах, когда я, ощерившись, требую ответа: «Объясни мне, что происходит!»

Она гневно смотрит на меня своими большими темными глазами.

– Отпусти меня, Неро!

– Не отпущу, пока не объяснишь!

– Она сказала: «Отпусти», – прерывает нас мужской голос.

Сраный Джонни Верджер. Он проталкивается к нам, изображая из себя рыцаря на белом коне. На угрюмом лице парня читается решимость снова вступить в драку. Мне приятно видеть, что его нос все еще размером с грушу, а под глазами переливаются фингалы.

– Как лицо, Джонни? – спрашиваю я, не отпуская Камиллу.

– Лучше, чем станет твое, – рычит он.

Нас обступает толпа. Я вижу Беллу и Беатрикс в одних купальниках. Лицо Беллы светится предвкушением грядущей драки.

Камилла переводит взгляд с меня на Верджера.

– Мне не нужна твоя помощь, – говорит она Джонни.

– Этому говнюку давно пора преподать урок, – говорит тот. – Пусть держит свои руки при себе.