Данте отпускает девушку и поворачивается к одному из полицейских.

– Вот пуля, – говорит он, кладя перекрученный кусочек металла тому на ладонь.

– Вы ее трогали? – спрашивает полицейский.

– Вы все равно не снимите с нее отпечатков, – рычит Данте. – Посмотрите, в каком она состоянии. Не говоря уже о том, что их бы и не было изначально. Стрелял профессионал. Взять хотя бы расстояние… Лишь с десяток людей в мире способны на такой выстрел.

– Откуда вы это знаете? – с подозрением спрашивает полицейский.

– Потому что он сам был снайпером, – отвечает рыжеволосая девушка. – И чертовски хорошим, так что вам стоило бы прислушаться к его словам. И поблагодарить за помощь, пока он ее оказывает.

– Ясно, – смущенно бормочет полицейский. – Конечно.

Данте был снайпером?

Он был военным?

Я не знаю, чем мужчина занимался все эти годы. Пару раз я пыталась найти его, но Данте не ведет соцсетей, и новостей о нем я тоже не встречала. Во всяком случае, не находила.

Эта девушка, очевидно, знает Данте лучше, чем я. И быстро бросается на его защиту.

Я жалко дрожу под своим пледом. Должно быть, они пара. Я бросаю взгляд на ее левую руку – ничего не могу поделать. Кольца нет. Во всяком случае, пока.

Это неважно. Ничто из этого не имеет значения. Данте больше не мой – он был моим совсем недолго. Он вполне может иметь девушку и даже жену. Я не имею права на ревность.

И все же, если бы ауры можно было видеть, моя была бы ядовито-зеленой^[44]. Такой же яркой, как глаза той девушки.

– Это пуля ручной работы, – говорит Данте полицейским. – Из бронзового сплава. Вам не удастся отследить источник, не говоря уже о том, чтобы найти отпечаток пальца. Лучше всего найти окно, из которого стреляли, и посмотреть, не оставил ли снайпер чего-нибудь в комнате. Вероятно, он убирался в спешке.

– Что это за здание? – спрашивает полицейский.

– Вон то. – Данте указывает на высокое здание с белым фасадом. Возможно, это отель, хотя с такого расстояния трудно сказать наверняка. – Думаю, стреляли с пятого этажа, с юго-восточной стороны.

Полицейский записывает все это в блокнот.

К нам подходит крупный, дородный мужчина с бородой и хлопает Данте по плечу, качая головой.

– Черт побери, дружище. Я думал, ты переоцениваешь ситуацию, – он смотрит на моего отца. – Кто-то сильно хотел вашей смерти, друг мой.

Tata не обернут в плед. Он сидит прямо и спокойно, оправившись от шока куда быстрее, чем я.

– Похоже на то, – говорит отец и учтиво кивает Данте. – Вы спасли мне жизнь.

С угрюмым выражением лица Данте пожимает своими огромными плечами.

– Возможно, – говорит он. – Стрелок мог и промахнуться.

– Сомневаюсь, – отвечает tata. – Данте Галло, верно?

Он протягивает ладонь для рукопожатия.

Данте смотрит на отцовскую ладонь с неприязнью. Кажется, он предпочел бы воздержаться от рукопожатия. Уверена, что мужчина не оценил тон моего отца – словно последний раз они встречались на коктейльной вечеринке. Tata ведет себя так, будто они случайные знакомые и между ними нет никакой вражды.

Отец определенно не собирается извиняться. И никогда не станет. Я слишком хорошо знаю его, чтобы понимать это.

То, что Данте спас его жизнь, ничего не значит. Отец благодарен за это, но его отношение к мужчине не изменится.

Впрочем, это и неважно.

Мне кажется, что Данте не станет пожимать отцу руку, но тот продолжает протягивать ее со спокойной настойчивостью, и наконец Данте быстро пожимает ее, а затем снова опускает.

– Вы будете сегодня на благотворительном вечере? – спрашивает tata.

– Вы все еще планируете присутствовать? – удивленно уточняет рыжеволосая девушка.

– Разумеется, – отвечает отец. – Почему нет?

– Ну, во‑первых, потому что ваш потенциальный убийца до сих пор где-то рядом, – говорит она. Она смотрит на моего отца своими холодными зелеными глазами, внимательно изучая его. Девушка выглядит умной, она похожа на хищницу. С такой шутки плохи.

– Я уверен, что на мероприятии будет достаточно охраны, – говорит отец. – Там будет вполне безопасно, особенно если Данте будет поблизости. Вы придете? Я хотел бы поблагодарить вас публично.

Я вижу, как напрягаются мускулы на широкой челюсти Данте. Он открывает рот, чтобы ответить, и по форме его губ я могу предсказать, что ответ будет «Нет». Но тут вмешивается рыжеволосая.

– Он будет там, – мягко говорит она. Затем девушка обращает взгляд своих пронзительных зеленых глаз на меня. Это происходит так внезапно, что я чуть не подпрыгиваю. Она окидывает меня взглядом с головы до ног. Я уверена, что она меня узнала.

– Я Риона Гриффин, – говорит девушка, протягивая мне руку.

Я пожимаю протянутую ладонь. Ее пальцы прохладные, сухие и мягкие. У нее свежий французский маникюр и крепкая хватка.

– Приятно познакомиться, – отвечаю я. – Симона Соломон.