Рован выругался и перешел в наступление, взяв на себя сразу троих, пока Эдион прикрывал его. Вэрдовские псы держали линию.

Полдень, он обещал Аэлине. Когда солнце достигнет своего пика в день солнцестояния, они разрушат башню.

Прозвучал последний звон часов.

Полдень наступил...и прошел.

И его Огненное сердце, его королева, была в этом замке, над ними – предоставлена только самой себе и своему остроумию, чтобы выжить. Возможно, не слишком долго.

Эта мысль была настолько отвратительна, настолько возмутительна, что Рован взревел от ярости громче, чем мог кто-либо из зверей.

Громкий рев дорого стоил его собрату. Один удар прошел мимо защиты Рована, прыжок, и Эдион рявкнул проклятия и отшатнулся назад. Рован учуял кровь Эдиона раньше, чем увидел ее.

Должно быть, это был звонок к ужину для Валгов, учуять кровь полуфэйца. Как один, четверо набросились на генерала, их пасти были наполнены каменными зубами, готовыми разорвать плоть.

Трое других окружили Рована, и не было ничего, что он мог бы сделать, чтобы добраться до катушки.

Чтобы спасти королеву, которая держала его сердце в своих израненных руках.

***

В нескольких шагах впереди него, Шаол наблюдал за Аэлиной, двигающейся к стеклянной двери, как они запланировали, когда увидели тела его людей на стене.

Внимание короля было сфокусировано на глазе Элианы на ее шее. Она сняла его и держала в руке.

- Ты искал это, не так ли? Бедный Эраван, заперт в своей маленькой могиле так долго.

Это было усилием, сохранять позицию, когда Аэлина отступала.

- Где ты нашла это? - закипел король.

Аэлина достигла Шаола, слегка задевая его, утешение, благодарность и прощание, когда она продолжила.

- Оказывается, Ваши предки не одобряли ваших увлечений. Знаете, мы женщины Галатиния держимся вместе.

В первые в жизни Шаол увидел, что лицо короля дало слабину.

- И что древняя дура сказала тебе, что произойдет, если ты завладеешь другим ключом?

Она была так близка к дверям.

- Пусть принц выйдет, или я уничтожу это прямо здесь, и Эраван навсегда останется заперт.

Цепочка скользнула к ней в карман.

- Очень хорошо, - сказал король.

Он посмотрел на Дорина, который не показывал никаких признаков того, что он хотя бы помнит свое имя, несмотря на то, что ведьма написала на стене.

- Иди. За ней.

Тьма появилась из Дорина, вытекая, как кровь на воде, и в голове Шаола был всплеск такой боли, как –

Аэлина побежала через стеклянные двери.

Дорин бросился за ней, быстрее, чем должен был, и лед покрыл пол, комнату. Холод выбил из него весь воздух. Но Дорин даже не взглянул на него, прежде чем исчезнуть.

Король сделал шаг со своего возвышения, его дыхание было облачком пара.

Шаол поднял меч, занимая позицию между дверями и тираном.

Король сделал ещё один шаг.

- Еще больше героических выходок? Тебе когда-нибудь надоест, капитан?

Шаол не уступил.

- Вы убили моих людей. И Соршу.

- И еще много кого.

Еще один шаг. Король смотрел через плечо Шаола на коридор, где скрылись Аэлина и Дорин.

- Это закончится сейчас, - сказал Шаол.

***

Принцы Валги были убийственными в Вендалине. Но в теле Дорина, с магией Дорина…

Аэлина бежала дальше по коридору, по бокам стеклянные окна, мраморный пол, открывающие небо вокруг.

И позади, как заряженная черная буря, был Дорин.

Он был окружен льдом, иней сковывал окна.

В тот момент, когда лед поразил ее, Аэлина уже знала, что не успеет сделать шаг.

Она помнила каждый коридор и лестничную клетку благодаря картам Шаола. Ей стало тяжелее, и она молилась, чтобы Шаол выиграл ей время, когда она приблизилась к узкому лестничному проему и бросилась наверх, переступая через две, три ступени.

Стекло треснуло, покрывшись льдом позади нее, и холод прошелся по ее каблукам.

Быстрее – быстрее.

Она бежала, вокруг и вокруг, вверх и вверх. Было уже за полдень. Если что-то случилось с Рованом и Эдионом…

Она попала на вершину лестницы, и лед покрыл пол, сделав его гладким и ровным, что она заскользила в сторону.

Врезаясь, она подставила руку, лед разрывал кожу. Она врезалась в стеклянную стену и отскочила, а потом побежала снова, потому что лед окружил ее.

Выше – она должна подняться еще выше.

А Шаол предстал перед королем –

Она не позволяла себе думать об этом. Копья льда вырвались из стены, едва не задев ее бок.

Дыхание стало пламенным в ее горле.