Хлопнула дверь. Щелкнул замок. Я осталась одна.

Рыться в золе, вытаскивая чечевицу, – занятие дурацкое, тяжелое и…

Я подошла к холодному очагу и замерла.

Мне не справиться.

Я огляделась по сторонам. Окон в каменной комнате не было. Дополнительных дверей – тоже. В центре стояла огромная, аккуратно застеленная кровать. Простыни были шелковые и почему-то черные. Мебели – совсем немного. Я не увидела ни брошенной одежды, ни оставленных книг, не говоря уже об оружии. Такое ощущение, что хозяин комнаты вообще никогда не спал на этой кровати. Я опустилась на колени перед очагом и успокоила дыхание.

У меня всегда было острое зрение. Я напомнила себе, как высматривала кроликов, прячущихся в подлеске. И не только кроликов. Неужели так уж сложно найти рассыпанную в золе чечевицу? Вздыхая, я подползла к очагу и принялась за работу.

Самоуверенность опять меня подвела.

Прошло два часа. Я это знала, поскольку на мраморной полке тикали бронзовые часы. Зола разъедала глаза. Всякий раз, когда я решала, что прочесала топку очага вдоль и поперек, собрав все чечевичины, из золы обязательно выглядывало еще несколько штук. Я возобновляла поиски, удивляясь, сколько чечевичин пропустила. Караульные не сказали, когда именно вернется хозяин комнаты, поэтому каждая минута могла оказаться для меня последней. Всякий раз при звуке шагов в коридоре я хваталась за железную кочергу, прислоненную к стене. Амаранта ничего не говорила о том, что мне нельзя защищаться. Если я и погибну, то не как жертвенная овца.

Я продолжала копаться в золе. У меня давно почернели руки, а одежда покрылась слоем сажи. Кажется, я вытащила всю чечевицу. Не могла же она появляться из ниоткуда!

Щелкнул замок. Я вскочила на ноги, схватила кочергу и спрятала ее за спиной.

Комната наполнилось темнотой. Пахну́ло ледяным ветром, погасившим все свечи. Я еще крепче сжала в руках кочергу, вдавив спину в каменную стену рядом с очагом. Темнота сосредоточилась вокруг кровати и неожиданно приняла знакомые очертания.

– Рад тебя видеть, дорогая Фейра, – произнес Ризанд. Он растянулся на кровати, подперев голову рукой. – Позволено ли мне узнать, почему ты роешься в золе моего очага?

Я чуть согнула ноги в коленях, готовая бежать. Только бы добраться до двери, до которой было как назло далеко.

– Мне велели выбрать из золы всю рассыпанную чечевицу, иначе ты сдерешь с меня шкуру.

– Да неужели? – по-кошачьи улыбнулся Ризанд.

– Это тебя я должна благодарить за блестящий замысел? – сердито прошипела я.

Убивать меня Ризанду не позволено. По крайней мере сейчас, пока действует наш уговор с Амарантой. Однако… есть немало других способов усложнить мне и без того нелегкую жизнь.

– Нет, что ты, – ответил Ризанд, лениво растягивая слова. – О нашем маленьком уговоре еще никто не знает. Я молчу. Ты тоже держишь язычок за зубами. Никак тебя донимает стыд?

Стиснув зубы, правой рукой я указала на очаг. Левая по-прежнему сжимала кочергу за спиной.

– Я достаточно очистила очаг от чечевицы?

– Начнем с того, что я не знаю, как она туда попала. У тебя есть соображения на этот счет?

– Наверное, одна из «работ по дому», придуманная твоей хозяйкой, – ответила я, угрюмо глядя на Ризанда.

Он хмыкнул, разглядывая собственные ногти.

– Похоже, Амаранта и ее свита думают, что мне будет интересно сдирать с тебя шкуру.

У меня пересохло во рту.

– Или же она тебя проверяет, – отважилась сказать я. – Ты ведь тоже делал ставку, когда я проходила первое испытание. И был единственным, кто посчитал, что я одолею червя. Амаранте это могло очень не понравиться.

– И зачем же, по-твоему, Амаранте меня проверять?

Я выдержала взгляд фиолетовых глаз. «Шлюх Амаранты» – так однажды назвал Ризанда Ласэн.

– Ты соврал ей насчет Клеры. Ты прекрасно знал, как я выгляжу.

Ризанд сел на кровати, уперев локти в бедра. Меня опять поразило изящество его движений. И это – при такой могучей фигуре. «Я убивал врагов на полях сражений еще задолго до твоего появления на свет», – сказал он Ласэну. Я в этом не сомневалась.

– У Амаранты свои игры, а у меня – свои, – с обескураживающей простотой ответил Ризанд. – Здесь с каждым днем становится все скучнее.

– Она тебя отпустила на Ночь огня. Ты времени даром не терял. Не только сам развлекся, но и нас решил позабавить отрезанной головой.

– Да будет тебе известно: подкинуть голову велела мне Амаранта. Что же касается Ночи огня… – Ризанд смерил меня взглядом, – у меня были свои причины появиться на празднике. И не думай, Фейра, что мне за это не пришлось платить.

Он снова улыбнулся, но одними губами.

– Может, вернешь кочергу на место или мне ждать твоей атаки?

Я молча выругалась и вытащила кочергу из-за спины, продолжая держать ее в руках.

– Ценю твою смелость, но ты только понапрасну растратишь силы, – сказал Ризанд.