Он впервые говорил со мной так мягко и участливо. В поместье он вел себя совсем по-другому. Но сейчас я не нуждалась в его жалости. Вздыхая, Ласэн взял меня за левую руку и стал разглядывать татуировку.
– О чем ты думала? Неужели ты не верила, что я приду сразу же, как смогу?
– Я умирала! – крикнула я, выдергивая руку. – У меня воспалилась рана. Я горела в лихорадке и едва что-то соображала! Откуда мне знать, что ты придешь? Ты хоть понимаешь, что люди устроены по-другому? И от заражения крови они умирают гораздо быстрее, чем ты думаешь. Помнится, когда я звала на помощь в лесу, ты мешкал. Потом сам признавался. Решил, что я справлюсь с нагами и без тебя.
– Я поклялся Тамлину…
– У меня не было другого выбора! Думаешь, я могу тебе доверять после всего, что наслышалась от тебя в поместье?
– Подсказка во время твоего поединка с червем могла стоить мне головы. Тебе этого мало?
Металлический глаз Ласэна медленно вращался.
– Ты спасла мне жизнь, назвав Амаранте свое имя. После всего, что я тебе говорил, после дрянного обращения с тобой, ты все-таки решила меня спасти и ответила сама. Неужели ты не понимала, что я обязательно помог бы тебе с рукой? Давал я клятву или нет – значения не имеет.
Я догадывалась, что случившееся заденет Ласэна. Но чтобы до такой степени…
– У меня не было выбора, – повторила я, глотая воздух ртом.
– Неужели ты не понимаешь, кто такой Ризанд?
– Понимаю! – рявкнула я и вздохнула, затем тихо повторила: – Понимаю.
Раскрыв левую ладонь, я смотрела на кошачий глаз.
– Что случилось, то случилось. Тебе незачем придерживаться клятвы, которую ты дал Тамлину. И не думай, будто ты передо мной в долгу за то, что я спасла тебя от Амаранты. Я видела, как ухмылялись твои братцы, и согнала ухмылку с их физиономий. Даже ради этого мне стоило назвать свое имя.
Ласэн прищелкнул языком. Его настоящий глаз вспыхнул.
– Рад, что ты не продала Ризанду живую человеческую душу и непревзойденное упрямство.
– Всего одна неделя в месяц.
– Да… Когда время настанет, мы что-нибудь придумаем, – рявкнул Ласэн, и его металлический глаз повернулся к двери. – Мне пора. Скоро смена караула.
– Ласэн, я… в общем, я знаю… тебя наказали за помощь мне. И еще я слышала… – Я едва выталкивала слова из горла. – Я слышала, наказывать тебя она заставила Тамлина.
Ласэн пожал плечами.
– Спасибо, что помог мне.
Он прошел к двери. Я только сейчас заметила, как скованно он движется.
– Потому я и не мог прийти раньше, – сказал Ласэн, и у него дрогнул голос. – Она применила свою силу… точнее, силу всех нас, чтобы не позволить мне исцелить твою руку. Я только сегодня снова обрел способность двигаться.
Я встала, сняла плащ, чтобы вернуть Ласэну. Спина мгновенно покрылась гусиной кожей.
– Оставь себе. Я стащил плащ у задремавшего караульного, пока шел сюда.
В тусклом свете поблескивала вышитая фигура спящего дракона – герб Амаранты. Я поморщилась, но снова надела плащ.
– И потом, – усмехнулся Ласэн, – я вдоволь насмотрелся на тебя в этом платье. Мне на всю жизнь хватит.
Я покраснела. Ласэн взялся за ручку двери.
– Погоди еще немного… Как Тамлин? Как он выдерживает заклятие Амаранты? Он ведь потому такой молчаливый.
– Нет никакого заклятия. Неужели ты до сих пор не догадалась о причинах его молчания? Он не хочет, чтобы она знала, какое из ее издевательств над тобой сильнее бьет по нему.
Мне такое и в голову не приходило.
– Тамлин ведет опасную игру, – сказал Ласэн, открывая дверь. – И не только он. Все мы.
На следующий вечер меня снова вымыли и разрисовали. Ризанд опять повел меня в отвратительный тронный зал. Бала на сей раз не было – Амаранта устроила нечто вроде вечернего развлечения. И предметом развлечения оказалась я. Ризанд снова предложил мне вина, за что я была ему даже благодарна. Осушив бокал, я уже не помнила ничего.
Вечер за вечером меня раскрашивали, одевали в подобие платья и я сопровождала Ризанда в тронный зал. Незаметно для себя я стала его живой игрушкой. Если Ризанд был шлюхом Амаранты, я превратилась в его шлюху. Я просыпалась с тусклыми обрывками воспоминаний… Ризанд сидел на стуле и смеялся, а я танцевала у него между ног… Его пальцы стали темно-синими от прогулок по моей талии и рукам… К счастью, этим его прогулки и ограничивались. Он заставлял меня танцевать до тошноты. Однажды меня вывернуло на пол. Ризанда это не остановило. Он велел мне выпить воды и танцевать дальше.