– Показать характер, – засмеялся Кассиан. – Ризу ты уже показала. Теперь покажешь мне.

Я усмехнулась и, подойдя к стойке, обвела взглядом имевшееся там оружие:

– На чем будем упражняться?

– Ни на чем. – Кивком подбородка Кассиан указал на середину площадки, где мелом был нарисован круг. – Мы давно этого не делали и потому сегодня лишь вспомним основы.

– Не так уж и давно, – возразила я, уловив в его словах странную напряженность.

– Прошло полтора месяца.

Я смотрела на его плотно сложенные крылья, на темные волосы до плеч.

– Что-то случилось?

– Ничего.

Кассиан направился к меловому кругу.

– Это из-за Несты?

– Не все в моей жизни связано с твоей сестрой.

Я не стала спорить и высказала новое предположение:

– Тебя гнетет завтрашний визит ко Двору кошмаров?

Кассиан сбросил рубашку, обнажив великолепные мускулы, покрытые затейливой иллирианской татуировкой. Как объяснял мне Риз, эти узоры должны привлекать в жизнь их обладателя славу и удачу.

– Не угадала. Вставай в боевую стойку.

Я подчинилась, но все же бросила ему:

– Ты какой-то… сердитый.

Он молчал. Я занялась упражнениями для разогрева тела и растяжки мышц: двигала руками, ногами, выгибалась в разные стороны, тянулась вверх, приседала. Потом у нас начался учебный поединок. Сражались врукопашную. Кассиан легко отражал мои удары. Вскоре у меня заболели кулаки. Казалось, я бью по каменной глыбе. И только тогда Кассиан нарушил молчание:

– Вы с Ризом утаили от нас правду. Мы сунулись в Сонное королевство, даже не подозревая об этом.

– О чем?

– О том, что ты – верховная правительница.

Я продолжала молотить по его выставленным ладоням, нанося короткие удары.

– А что бы изменилось, если бы вы знали? – спросила я, тяжело дыша.

– Все изменилось бы. Не было бы того, что случилось.

– Быть может, потому Риз и решил держать это в тайне?

– Наше вторжение в замок было сплошным провалом.

Я опустила руки.

– Когда мы туда отправлялись, ты знал, что я – истинная пара Риза. Не понимаю, как мое превращение в верховную правительницу может все изменить.

– Может. И изменяет.

Кассиан подал знак продолжать поединок. Я покачала головой и спросила:

– Почему? Можешь объяснить?

Он провел рукой по вспотевшим волосам.

– Будучи его истинной парой, ты оставалась… его подзащитной. Не смотри на меня так. И он – твой подзащитный. Я бы спокойно отдал за тебя жизнь: как за пару Риза и за моего друга. Но ты оставалась принадлежащей… ему.

– А как верховная правительница?

Кассиан шумно выдохнул.

– Как верховная правительница ты принадлежишь мне. И не только. Азриелю, Мор и Амрене. Ты принадлежишь всем нам, а мы все принадлежим тебе. И мы бы никогда не подвергли тебя такой опасности.

– Возможно, потому Риз и хотел сохранить это в тайне. Вы бы думали не о цели вторжения, а том, как меня уберечь.

– То, о чем я с тобой говорю, между нами. И можешь мне верить, мы с Ризом… крупно поговорили об этом.

– Ты сердишься на меня?

Он покачал головой и прикрыл глаза.

– Кассиан!

Он молча выставил ладони, веля продолжать. Я вздохнула. Мои кулаки снова задвигались. Через полтора десятка двойных ударов я выдохлась и ловила воздух ртом.

– Ты не осознавала, насколько ты важна для нас, – наконец заговорил Кассиан. – По сути, ты спасла наши шкуры, но… ты не считала, что особо нужна здесь.

У меня открылось второе дыхание.

– Не считала.

Удары посыпались снова. Я говорила, продолжая лупить по его ладоням и делая короткие паузы, чтобы глотнуть воздуха.

– У всех вас есть предназначение. Вы все… важны. Каждый обладает определенными способностями. У меня они тоже есть, но… Вас с Азриелем покалечило, мои сестры… ты знаешь, что́ произошло с ними. Я делала все, что в моих силах, чтобы вырвать вас оттуда. Уж лучше я, чем кто-то из вас. Иначе я бы просто не смогла жить.

Ладони Кассиана не дрогнули ни под одним моим ударом, словно и впрямь были каменными.

– При Дворе весны с тобой могло случиться что угодно.

Я снова остановилась.

– Послушай, даже Риз не трясся надо мной и не читал мне дурацких наставлений. Не понимаю, с чего это тебя…

– Не думай, будто Риз спокойно дожидался твоего возвращения и занимался делами, чтобы не терять время. Он места себе не находил. Да, он умеет владеть собой. Внешне – никаких перемен. Но я знаю его очень давно. И я видел: все эти недели, дни и часы без тебя… все мгновения, пока длилось твое отсутствие, он находился в панике. Конечно, и он, и мы знали: ты вполне сумеешь постоять за себя. Но это не гасило наших тревог.

Я встряхнула отбитыми ладонями и стала растирать саднящие мышцы рук.

– Ты и на Риза рассердился?