Риз содрогнулся. Но это внутри. Его голос звучал так же ровно и спокойно:

– Ошибаешься, Таркин. Для нас это нападение было такой же неожиданностью, как и для тебя. Иллирианские легионы останутся на холмах, пока ты не сочтешь, что твоя столица в безопасности. Тогда мы покинем твой двор.

– А перед этим вы намерены украсть еще что-нибудь?

Риз замер, решая, стоит ли что-то объяснять Таркину и извиняться за кражу Книги Дуновений. Я избавила его от того и другого.

– Таркин, в коридорах много раненых. Помог бы ты им.

– Не тебе командовать мною!

Я вдруг увидела лицо адмирала Двора лета. Прежде чем стать верховным правителем, Таркин командовал флотом. Чувствовалось, сегодня он устал не меньше Риза. К усталости примешивались гнев и горечь потерь.

Погибли солдаты. Погибло много горожан. Город, который с таким трудом зализывал раны, оставленные Амарантой, подвергся новым разрушениям.

– Мы в твоем распоряжении, – сказала я Таркину и удалилась.

Вместе с Мор мы вышли в коридор, полный солдат и советников, которых Таркин выгнал из дубовой столовой. Все они внимательно смотрели на нас.

– Таркин, у нас не было выбора, – услышала я напряженный голос Риза. – Мы сделали это, пытаясь не позволить королю зайти слишком далеко.

– Убирайтесь с моего двора, – сказал Таркин. – И уводите свою армию. Мы сами справимся. Больше они нас врасплох не застигнут.

Мы с Мор остановились у открытых дверей, не поворачиваясь, но вслушиваясь в каждое слово.

– В ту войну я вдоволь насмотрелся на действия Сонного королевства, – говорил Ризанд. – Сегодняшняя атака – крошечная часть замыслов короля… Мы ждем тебя на встрече, Таркин. Ты нужен нам и Притиании.

И снова тишина.

– Убирайтесь с моих земель, – повторил Таркин.

– Предложение Фейры остается в силе: мы в твоем распоряжении.

– Бери свою Фейру и покинь дворец. И попытайся ей втолковать, чтобы не давала приказы верховным правителям.

Я уже хотела повернуться, когда Риз сказал:

– Она верховная правительница Двора ночи и может делать что пожелает.

Фэйцы, толпившиеся в коридоре, попятились. Теперь они смотрели на меня совсем по-другому. Некоторые откровенно глазели.

– Любишь ты плевать на традиции, – с нескрываемой горечью произнес Таркин.

Риз молча вышел. Я слышала его гулкие шаги. Затем на плечо легла его теплая рука. Я подняла голову, не обращая внимания на многочисленных зрителей. Риз поцеловал меня в висок, покрытый коркой пота и крови, и мы исчезли.

Вопреки приказу Таркина, мы не могли немедленно свернуть иллирианский лагерь на холмах. Там было слишком много тяжелораненых. Если их не подлечить, они попросту не выдержат переброс. Исполосованные крылья, распоротые животы, покалеченные лица…

Мои друзья неутомимо помогали раненым. Как они сами еще держались на ногах, оставалось для меня загадкой. Азриеля я видела мельком. Он сидел в отдельном шатре, принимая донесения от своих разведчиков. Флот Сонного королевства отступил, но корабли двинулись не в сторону Двора весны, а ушли в открытое море. Никаких иных сил противника, готовых атаковать, обнаружено не было. Признаков Тамлина и Юриана – тоже.

Кассиан все время был на виду. Раненые лежали прямо на сухой, каменистой земле. Он неутомимо ходил между ними, высказывая восхищение их храбрыми действиями и подбадривая тех, к кому пока не успели лекари. Кого-то он мог «подштопать» сам, используя силу сифонов, однако большинству требовалась серьезная помощь.

Я помогала лекарям, трудившимся не разгибая спины: подносила бинты, мази, прочие снадобья. Иногда мы с Кассианом оказывались рядом. Его лицо потемнело и осунулось. Он так и не снял боевых доспехов, лишь умылся второпях. Светло-карие глаза Кассиана потускнели. Такими же были глаза Мор, да и мои тоже.

А вот Риз… Его глаза оставались ясными и подвижными. Мрачное выражение лица не удивляло – при таком обилии раненых. Но он вел себя так, как и подобает верховному правителю, уверенному в победе. Его силы разметали флот Сонного королевства, спасли город и десятки тысяч жизней. Ноша, которую Ризу пришлось взвалить на плечи солдат, была тяжела, но победа того стоила. Он ходил по лагерю, проверяя состояние раненых, принимал донесения от Азриеля и обсуждал их с командирами. Риз тоже не снял доспехов, но крылья исчезли. Думаю, он скрыл их перед самой встречей с Таркином.

Солнце зашло. На Адриату опустился покров темноты. Когда мы были здесь в прошлый раз, темнота перемигивалась огоньками и казалась живой. Но эта, новая темнота… Не такая уж новая. Мы это видели в Веларисе, в первый вечер после атаки. Теперь я знала: так выглядит каждый город, подвергшийся нападению.

Над лагерем вспыхнули шары фэйского света. Работа лекарей продолжалась. Я постоянно ловила на себе чей-то взгляд. В суматохе этого тяжелого дня я успела забыть, что во мне видели верховную правительницу.