Она опустила взгляд на сжимавшую ее руку, а потом подняла глаза на бледное, угловатое лицо, которое едва было можно рассмотреть из-за дыма.

– Никогда больше до меня не дотрагивайся, – сказала она.

Джокер завращал глазами – их наполняли жестокость и безумие.

– Мы с тобой здорово повеселимся, я уверен, – пообещал он.

Слова пробежались по ней как скребущие когти по позвоночнику. Она сбросила его руку:

– Не опаздывай.

В коридоре нарастали крики обеих армий. На стороне наемниц было мастерство, а на стороне парней Джокера – численность. И дикая отчаянность.

Когда раздались первые выстрелы и маленькое пространство заполнилось оглушающим шумом, Селина прокралась к маленькому коридору у них за спиной. Она повернула направо и проскользнула через дыру в двери, которая вывела ее за кирпичный фасад на улицу, где стоял ясный осенний день. Впереди были выжженный газон и зияющие дыры в готической ограде.

Вдали выли сирены. Заключенные все еще выбегали, толкались, перелезая через остроконечную железную ограду, и неслись к длинной дороге, которая спускалась с холма, на котором стоял «Аркхэм». Дорога вела в город.

Она знала, что кто-то из них бежал в Готэм не для того, чтобы скрыться.

Кто-то из них бежал в Готэм просто повеселиться.

Селина открыла панель на рукаве костюма и набрала номер, на который не звонила уже много лет.

Она заговорила и вышла за ограду «Аркхэма», не оглядывась на возвышающееся над ней готическое здание лечебницы. Потом она побежала по выжженному газону, мимо облетевших деревьев.

Время.

Она взяла время взаймы.

И скоро нужно будет вернуть долг.

Кругом царил сущий ад.

Вызов пришел Люку в полдень, когда он разбирался, кем и чем была Холли.

Ложь. Везде была ложь, всюду.

Но когда он увидел взрывы в «Аркхэме», увидел заключенных, бегущих по тусклой дороге, мимо потрепанной стихиями статуи святого Николая, прямо в город… На работе у Люка был запасной костюм; он переоделся и выбежал на улицу уже через несколько минут, паря между зданиями. По улицам неслась целая армия полицейских машин.

Быстрее. Ему надо действовать быстрее. От этого зависят жизни людей.

Люк поймал поток ветра и взмыл вверх, пронзая воздух. Он направлялся туда, где растекался дым, исчезая за горизонтом, а вокруг холма, на котором раскинулось громадное готическое чудище, «Аркхэм», уже звенели выстрелы.

Ад. Сущий ад.

Сейчас туда сбегутся все преступники, чтобы вызволить своих, чтобы занять одну из сторон в этой полномасштабной войне.

И всем дирижировала она. Он догадался, что «Холли» решила сесть в «Аркхэм», чтобы город охватила эта бойня.

Кружа между зданиями, он заметил машину Гордона и маленький круг из автозаков и бронированных фургонов в паре кварталов от дороги, которая вела к подножию холма – к «Аркхэму». Люк полетел к ним, разгоняя крылья на всю мощь.

Гордон, кажется, вздохнул с облегчением, когда приземлился Бэтвинг. Пораженные, другие полицейские схватились за пистолеты на поясе. Комиссар дал им знак опустить оружие и указал на стоящие полукругом мониторы – туда поступала прямая трансляция с городских камер.

«Перекрыть дорогу немедленно!» – рявкнул он в рацию. На другом конце спросили, как это сделать. «Баррикады постройте!» – проревел Гордон.

Люк осмотрел мониторы, видео с дорожных камер. Слишком поздно. Слишком многие из злейших преступников «Аркхэма» прорвались в город. На улицы. Люди бежали: домой, в магазины – куда угодно, лишь бы скрыться от них.

– В больницу, – выдохнул Люк, указывая на здание в районе Ковентри в паре кварталов от них, прямо на дороге. – Отправь их в больницу.

Он стал готовиться к взлету, и его костюм загудел.

Но Гордон выругался.

И Люк посмотрел на трансляцию с камер прямо напротив больницы.

Они стояли по углам. На улицах. Вооруженные битами, кастетами, свинцовыми трубами. Всем, что попалось под руку. Под когти.

У Люка замерло сердце, когда банда Пантер подкралась к беззащитным, не охраняемым дверям в больницу.

«Подкрепление в Городскую больницу Готэма срочно!» – проревел Гордон в рацию.

Но Люк остановил его, положив ему руку на плечо.

Потому что Пантеры…

Там была Мика Икедо. Альфа в банде Пантер.

Заняла оборону, охраняя двери в больницу.

Ее прикрывала Ани Эрнандез, ее двойка.

И Тиффани Макбрайд, ее тройка.

А у каждой двери, у каждого низкого окна…

Пантеры стояли на посту.

Пантеры держали оборону.

– Не верится просто, – прошипел Гордон, – они охраняют больничные наркотики для парней Фальконе.

Он потянулся к рации.

– Нет, все не так, – тихо сказал Люк, пока девочки, кому-то всего четырнадцать, кому-то уже двадцать восемь, шли вперед, не боясь и не склоняя головы, пока перед ними на улицах бушевал хаос «Аркхэма».

– Они пришли на призыв о помощи.