Тринадцать приблизились; Бронвен остановилась на шаг позади. Манона сдержала вздох, глядя, как Гленнис остановилась взглядом на священном пламени, горящим в яме в нескольких шагах от них. То было пламя войны.

Подумав, Гленнис повернулась к Маноне:

— Что думаешь, королева?

Непростая задача. Манона посмотрела сначала на одну дорогу — восточная сторона, Морат, затем перевела взгляд на вторую — северный путь, ведущий к битве у Террасена.

Ответ ей подсказал поющий ветер.

— Я отвечу на зов Террасена.

К ней подошла Астерина, задержала взгляд на собранном лагере.

— Я с тобой.

Справа встала Соррель.

— Отряд Тринадцать всегда с тобой.

Манона ждала, не решаясь анализировать свои чувства; в груди разгорался огонь: смесь благодарности и гордости.

Подошла Бронвен, ее темные волосы развевались на ветру:

— Ванорский очаг полетит на север.

Еще одна ведьма встала рядом:

— Не забудьте про Силианский!

Вскоре рядом с Маноной стояли лидеры всех семи очагов.

Гленнис обратилась к Маноне:

— Давным давно крошанка Рианонн сражалась на стороне короля Брэннона. Теперь, когда возродилась её подобие, все старые союзы будут воссозданы, — Гленнис указала на вечный огонь. — Зажги Пламя Войны и сплоти свой народ, Королева Ведьм.

Сердце Маноны неистово билось, когда она взяла березовую ветку среди растопки. Ведьмы молча смотрели, как их королева погрузила ветку в огонь. По дереву запрыгали цветные всполохи огня. Манона выждала, пока ветка не загорелась как следует, и после этого высоко подняла её.

Ветер старался, но не смог погасить факел, бросающий вызов дню.

Толпа Крошанок разошлась, образуя коридор для Маноны, направляющейся к очагу Бронвен. Как всегда, воинственная Бронвен уже томилась от нетерпения, а её шабаш собрался вокруг неё.

Каждый шаг отдавался в ушах присутствующих барабанной дробью.

Глаза Бронвен светились, когда Манона подошла к ней.

Манона сказала:

— Ваша королева призывает вас на войну, — и опустила ветку в очаг Бронвен.

Вспыхнул свет, яркий и танцующий.

Бронвен подняла собственную ветку.

— Ванора полетит.

Вытащив ветку, Бронвен направилась к следующему очагу. И так же как Манона, погрузила священный огонь в пламя. Снова вспыхнул свет. Бронвен же сказала:

— Ваша королева призывает вас на войну. Ванора летит с ней. Полетите ли вы?

Лидер очага почтенно ответила:

— Редбъюар летит, — и в свою очередь зажгла свою ветку, перенеся огонь в следующий очаг.

И так из очага в очаг, пока ритуал не прошли все семь отрядов.

Тогда разведчица взяла последний горящий факел и села на метлу, чтобы найти другие кланы и передать им призыв королевы.

Некоторое время ведьмы смотрели вслед разведчице, пока она не превратилась в крохотный огонь, а после и вовсе исчезла из поля зрения.

Молча Манона произнесла молитву о том, чтобы священное пламя не погасло за долгую дорогу. Чтобы Пламя Войны прошло весь путь и вернулось негасимым в Террасен.

Чтобы не гасло над снежными вершинами гор, и среди деревьев густых лесов, и когда будет прятаться от врагов. Чтобы его не смогли погасить холодные ветры, что случаются ночами.

Из очага к очагу.

В дальние деревни, где люди, завидев ведьму, наверняка в ужасе разбегутся. Но не трусливые люди являлись целью разведчицы, а те, кто завидев священный огонь, подойдут к ней. И она им скажет:

— Ваша королева призывает вас на войну. Вы летите?

И в тот же миг сундуки, спрятанные на чердаках, будут открыты. А из их глубин ведьмы достанут красные мантии. Возьмут метлы, спрятанные в глубине шкафов или под кроватью, и переплетут их золотом, серебром или медью.

Из-под половиц будут извлечены мечи — древние и красивые. И несмотря на возраст, металл будет сверкать так же ярко, как в тот день, когда их выковали. Выковали в том городе, что сейчас лежит в руинах.

«Ведьмы, — будут изумляться горожане, мужья с недоверием во взгляде, наблюдая как их жены взмывают в небо, — ведьмы были среди нас!»

И так из деревни в деревню пойдет священный огонь. Туда, где очаги никогда не гасли до конца. И от каждого клана отделиться одна ведьма, возьмет факел и отправится на поиски следующего клана.

«Ведьмы здесь, среди нас! Ведьмы идут на войну!»

И восходящий поток ведьм в развевающихся красных плащах и с мечами за спиной с каждой следующей милей сотрёт годы, проведенные в отдалении от своих соотечественниц.

То улетят на войну ведьмы, никому ничего не объяснив, лишь поцеловав младенцев на прощание.

Миля за милей шёл призыв, от очага к очагу.

— Лети, лети, лети! — кричали ведьмы. — К королеве! На войну!