— Я хотела, чтобы это был ты, — сказала она. — После Уэсли, после всего этого, я хотела, чтобы это был ты. То, что Аэлина попросила меня сделать, не имело никакого отношения к этому. То, что она просила меня сделать, я никогда не чувствовала для себя бременем, потому что хотела, чтобы ты был со мной в конце концов в любом случае.

Она не вытерла слез, которые скользили по ее щекам.

— И ты бросил меня в снег.

Эдион встал на колени. Потянулся за ее рукой.

— Я никогда не перестану сожалеть об этом. Лисандра, я никогда не забуду каждую секунду, никогда не перестану ненавидеть себя за это. И я так…

— Не надо. — она отдернула руку. — Не преклоняй колени. Не беспокойся. — Она указала на палатку. — Я ничего не могу сказать тебе. Или ты мне.

Агония снова ударила ему в лицо, но она не показывала эмоций. Чтобы увидеть, как Эдион поднялся на ноги, тихонько застонав от какой-то боли в своем мощном теле. Несколько вдохов он просто смотрел на нее.

Затем он сказал:

— Я помню каждое обещание, которое я дал тебе на пляже в Бухте Черепов.

И потом он исчез.

…

Эдион потратил большую часть своей жизни, ненавидя себя за то, что он делал.

Но, видя слезы на лице Лисандры из-за него… Он никогда не чувствовал себя большим ублюдком.

Он едва слышал солдат вокруг него, напряженных и пугливых в снегу, ветер дул между их быстро возведенными палатками. Сколько еще раненых умрет сегодня вечером?

Он уже получил звание, чтобы доставить помощь Лисандре от лучших целителей, которых они оставили. И все же этого было недостаточно, целители не одарены магически. И, несмотря на быстрые исцеляющие способности Лисандры, им все равно пришлось зашивать ногу. А теперь менять бинты каждые несколько часов. Рана затягивалась, вероятно, достаточно быстро, чтобы избежать заражения.

О многих из раненых среди них нельзя сказать то же самое. Гниющие раны, гнойная кровь в их венах… Каждое утро в снегу оставалось все больше и больше тел, земля замерзла и не позволяла их похоронить.

Еда для зверей Эравана, солдаты бормотали, когда они ушли. Они предлагали врагу бесплатную еду.

Эдион закрыл эту тему, а также какое-то шипение об их поражении. К тому времени, когда они расположились лагерем сегодня вечером, хорошей трети солдат, включая членов Беспощадных, были назначены различные задачи, чтобы они были заняты. Чтобы они так устали после бегства за день, чтобы у них не было сил ворчать.

Эдион пошел в собственную палатку, расположенную прямо за кольцом солдат, где лежала Лисандра. Предоставление ей частной палатки было привилегией, которую он использовал для получения своего звания.

Он почти добрался до небольшой палатки — бесполезно строить свою полную военную палатку, когда они будут бежать снова через несколько часов — когда он увидел фигуры, у огня снаружи.

Он замедлил шаг.

Рен поднялся на ноги, его лицо сжалось под тяжелым капюшоном.

Тем не менее, человек рядом с Реном заставлял Эдиона убеждать себя в опасности вещей.

— Дэрроу, — сказал он. — Я думал, что ты сейчас в Оринфе.

Лорд, в мехах, не улыбался.

— Я пришел, чтобы доставить сообщение сам. Поскольку мой самый надежный посыльный, похоже выбрал другую сторону.

Глава 53, часть 2

Тогда старый ублюдок знал. О Лисандре-оборотне, о Аэлине. И роли Нокса Оуэна в том, чтобы вывести армию из его рук.

— Тогда давай говори, — сказал Эдион.

Рен напрягся, но ничего не сказал.

Тонкие губы Дэрроу изогнулись в жестокой улыбке.

— За ваши безрассудные действия, за то, что вы не послушались нашего командования и не оставили ваши войска там, где вам приказали, после вашего полного поражения на границе и потери Перранта, вы лишены своего звания.

Эдион едва слышал слова.

— Считай себя теперь солдатом Беспощадных, если они у тебя будут. А что касается самозванки, которую вы госпитализировали…

Эдион зарычал.

Глаза Дэрроу сузились.

— Если ее снова поймают, притворявшуюся принцессой Аэлиной… — Эдион почти разорвал ему горло на этом слове — «принцесса», — …тогда у нас не будет иного выбора, кроме как подписать ее приказ об отречении.

— Я бы хотел, чтобы вы попытались.

— Я бы хотел, чтобы вы остановили нас.

Эдион ухмыльнулся.

— О, вы бы имели дело не со мной. Удачи любому человеку, который пытается навредить тому, кто обладает такими сильными способностями.

Дэрроу проигнорировал это обещание и протянул руку.

— Меч Оринфа, если можно.

Рен выпучил глаза.

— Ты сошел с ума, Дэрроу.

Эдион просто смотрел. Древний лорд сказал: