— Все в порядке? — напряженно спросил он, поднимая рубашку, чтобы вытереть пот с лица. Она мельком увидела эти мышцы живота, блестящие от пота. Он все это время оставался рядом с ней — не жаловался и не разговаривал. Просто не отставал от него.

Брайс старалась не опираться на стену, пока шла к себе в спальню.

— Я в порядке, — сказала она, задыхаясь. — Просто нужно было пробежаться.

Он указал на ее ногу, и мускул на его челюсти дрогнул.

— Такое часто случается?

— Нет, — солгала она.

Хант только взглянул на нее.

Она не могла остановить свой следующий прихрамывающий шаг.

— Иногда, — поправила она, поморщившись. — Я приложу лед. К утру все будет в порядке. Если бы она была чистокровной Фейри, рана зажила бы через час или два. С другой стороны, если бы она была чистокровной Фейри, травма не задержалась бы на долго.

Его голос был хриплым, когда он спросил,

— Ты когда-нибудь проверяла его?

— Да, — снова солгала она и потерла вспотевшую шею. Прежде чем он мог позволить ей, она сказала:

— Спасибо, что был рядом.

— Да. — Не совсем ответ, но Хант, к счастью, больше ничего не сказал, когда она захромала по коридору и закрыла дверь в свою комнату.

Несмотря на то, что его вход в клинику выходил на шумную Старую Площадь, Рун обнаружил что в ней было удивительно тихо. Выкрашенные в белый цвет стены приемной сияли от солнечного света, проникающего через окна, выходящие на периодическое движение транспорта, а журчание маленького кварцевого фонтанчика на белой мраморной стойке приятно сливалось с симфонией, звучащей из динамиков на потолке.

Он уже пять минут ждал ведьму, которая заканчивала прием пациента, и наслаждался лавандовым ароматом исходящим из ароматизатора, стоящего на маленьком столике рядом с его креслом. Даже тени спали внутри него.

Перед ним на журнальном столике из белого дуба были разложены журналы и брошюры, в которых рекламировалось все-от лечения бесплодия до лечения шрамов и артрита.

Дверь в узком коридоре за стойкой открылась, и оттуда появилась голова с темными, вьющимися волосами и мелодичный голос произнес:

— Пожалуйста, позвоните, если у вас появятся еще какие-нибудь симптомы. — Дверь со щелчком захлопнулась, вероятно, чтобы дать пациенту уединение.

Рун в черной одежде с головы до пят, чувствовал себя не в своей тарелке, стоя посреди белых и кремовых стен клиники, и держась совершенно неподвижно, когда лекарь подошла к стойке.

Вчера вечером на месте преступления он подошел узнать, не заметила ли она чего-нибудь интересного в трупе. Он был настолько впечатлен ее ясным умом, что спросил возможности зайти сегодня утром.

Лекарь слегка улыбнулась, когда она подошла к другой стороне стойки, ее темные глаза светились желанием.

А потом случилось вот что. Ее завораживающее лицо. Не красота кинозвезды или модели-нет, это была красота в самой грубой форме, от больших карих глаз до полных губ и высоких скул, почти идеальной симметрии. Все излучало холодную безмятежность и осознанность. Он не мог перестать смотреть на нее, даже когда позади них лежал забрызганный труп.

— Доброе утро, принц. — И это тоже было. Ее светлый, красивый голос. Фейри были чувствительны к звукам, благодаря своему обостренному слуху. Они могли слышать ноты внутри нот, аккорды внутри аккордов. Однажды Рун чуть не сбежал со свидания с юной нимфой, когда ее пронзительное хихиканье больше походило на визг дельфина. И в постели… черт, скольким партнершам он больше не звонил не потому, что секс был плохим, а потому, что звуки, которые они издавали, были невыносимыми. Слишком много, чтобы сосчитать.

Рун одарил лекаря улыбкой.

— Привет. — Он кивнул в сторону холла. — Я знаю, что вы заняты, но я надеялся, что вы сможете уделить мне несколько минут, чтобы поговорить о деле, над которым я работаю.

Одетая в свободные темно-синие брюки и белую хлопчатую рубашку с рукавами длиной в три четверти, которые подчеркивали ее сияющую коричневую кожу, лекарь стояла с впечатляющим спокойствием.

Это была странная, уникальная группа ведьм. Хотя они выглядели как люди, их значительная магия и долгая жизнь отмечали их как Ванов, их сила в основном передавалась по женской линии. Все они считали себя гражданами. Эта сила была унаследована из какого-то древнего источника, который, как утверждали ведьмы, был трехликой богиней, но ведьмы действительно появлялись в немагических семьях время от времени. Их дары были разнообразны, от провидцев до воинов и изготовителей зелий, но целители были самыми популярными в Городе Полумесяце. Их обучение было основательным и достаточно долгим, чтобы юная ведьма стоящая перед ним работала в клинике. Должно быть у нее был опыт.