Белая лента трепетала на ветру. Несколько жриц, занимавшихся с Азриелем, повернули голову, недоуменно поглядывая на ленту. Певец теней скрестил руки на груди, наклонил голову, но остался на другой половине площадки.

Зато Кассиан подошел к шесту, осмотрел ленту и потер шелк между пальцев. Щеки Несты вспыхнули.

Этот жест напомнил ей их утехи на берегу. Удовлетворив ее пальцами, Кассиан потом вот так же тер пальцы, блестящие и липкие от ее соков. Неста видела, как потемнели его светло-карие глаза. Значит, и он вспоминал горное озеро.

– И зачем ты привязала ленту? – спросил он у Гвин.

– Это валькирианское испытание, – отчеканила послушница, расправив плечи. – Прошедшие его считались закончившими обучение и готовыми к сражениям. Нужно разрезать ленту пополам.

– Что? – усмехнулась Эмери.

Но Кассиан задумчиво хмыкнул:

– Аз мне говорил, что, пока нас не было, вы начали упражняться с настоящими мечами.

Гвин поглядывала в сторону Азриеля, молча следившего за происходящим.

– Покажите, чему вы научились, – предложил Кассиан. – Рассеките ленту пополам.

– Это что же, мы рассечем ленту – и наше обучение завершено? – недоверчиво спросила послушницу Эмери.

Гвин опять взглянула на Азриеля. Тот подошел ближе.

– В общем, я не совсем уверена.

Кассиан разжал пальцы, отпустив ленту.

– Воинская учеба никогда не заканчивается. Но если вы способны одним взмахом рассечь эту ленту пополам, тогда я скажу, что вы сумеете выстоять против большинства ваших противников. Даже если ваше обучение было не таким уж долгим.

Ученицы молчали.

– Кто первая? – спросил Кассиан.

И вновь они молча переглядывались. Неста хмурилась. Храбрость вызваться первой почти наверняка закончится унизительным провалом. Гвин покачала головой. Ни в коем случае.

– Почему я? – удивилась Эмери.

– Что? – не понял Кассиан.

Неста догадалась: Гвин и Эмери переговаривались мыслями.

– Ты у нас самая старшая, – ответила Гвин, подталкивая Эмери к ленте.

Эмери что-то пробурчала себе под нос, но, неохотно взяв протянутый Кассианом меч, подошла к качающейся ленте. Азриель обернулся на своих учениц и велел им продолжать. Те послушно взялись за упражнения. Сам он по-прежнему смотрел на шест.

– Может, побьемся об заклад? – предложила Несте Гвин.

– Заткнись, – прошипела Эмери, хотя ее глаза возбужденно блестели.

– Смелее, Эмери, – подзадорила ее Неста.

Плотно поджав обрубки крыльев, бормоча проклятия, Эмери довольно умело подняла меч и полоснула по ленте.

Белый шелк затрепетал и намотался на лезвие. Лента осталась целой.

– Согласитесь, вы знали, что так оно и будет, – бросила подругам Эмери и снова взмахнула мечом.

Ее удар лишь откинул ленту в сторону.

– Похоже, завтра мы снова встретимся на площадке. – Кассиан похлопал иллирианку по плечу.

– Придурок, – пробормотала Неста.

Кассиан засмеялся, взял у Эмери меч, повернулся и на одном дыхании полоснул по нижней части ленты.

Отсеченный кусок упал на пол. Удар был безупречным.

– Я хотя бы научился перерезать ленты, – улыбнулся Кассиан.

Все время, пока длились занятия, Неста вспоминала этот точный удар. Едва дождавшись конца, она за руку потащила Кассиана к нему в комнату. Ее жилы уже горели от желания.

Кассиан и сам находился в таком же состоянии. Последние минуты занятий он почти молчал, а его глаза ярко светились. Вбежав в комнату, они остановились у стола возле стены. Неста вцепилась в Кассиана и вскоре уже полулежала, опираясь на стол. Кассиан немедленно стянул с нее штаны.

Выставив голый зад, Неста с наслаждением уперлась саднящими сосками в твердую древесину. Кассиан не снял с нее ни куртки, ни рубашки, ни сапог. По сути, он и штаны только приспустил до лодыжек, лишив ее способности двигаться. Как уже не раз бывало, Неста оказалась целиком в его власти.

Почувствовав его член внутри себя, Неста застонала. Кассиан тоже застонал. Он стоял сзади, упираясь рукой в стол. Другая рука обхватила ляжку Несты. Он вытащил член почти до головки, потом медленно стал заталкивать обратно. Неста извивалась.

– Я бы мог целыми днями совокупляться с тобой, – признался он, упираясь в ее потную шею. Неста застонала, уткнувшись в груду бумаг на его столе. – Толкать и толкать в тебя, до седьмого пота, – прорычал он, и его рука дразняще ущипнула ее за бедро.

Едва начались его не менее дразнящие толчки, Неста выдохнула:

– Кассиан.

Он толкал глубоко и ритмично. Его член двигался внутри лона, переполненного соками, отчего по комнате разносились бесстыжие хлюпающие звуки. Яички терлись о ее внешние губы, и каждый толчок сопровождался щекоткой.

– Сильнее, – требовала Неста. Ей хотелось, чтобы эти толчки проникли до самых костей. – Сильнее.