— При том, что ты, тупой щенок, будешь делать, что я скажу! — процедил сквозь зубы Шведов-старший прямо в лицо наследника. — Идиот! Ты женишься на этой дуре! Девчонка должна быть в наших руках. Только попробуй упустить её — я тебя лично уничтожу!

Настоящее время

Серость за окном, густой пеленой окутывает студенческий городок, превращая и без того плохое настроение в отвратительное. Свистящий за окном ветер заставляет ёжиться, представляя, какой на улице холод. Небо, затянутое тучными облаками, будто нарочно опустилось на землю, лишая жизненного света. Погода прекрасно отражает моё внутреннее состояние: такое же размытое и неопределённое. Нет ни вдохновения, ни надежды, лишь бесконечная тоска и желание скрыться от всего этого, просто исчезнуть.

Ощущение тяжести давит на плечи, забирая последние силы. Кажется, время замедлило свой бег, погрузив меня в состояние беспросветного отчаяния. Мысли, как облака за окном, затянуты мрачными оттенками. Зачем я живу? К чему это бессмысленное существование? Я ведь плыву по течению, смирившись со своей участью.

Широкая манжета на огромной тёмной толстовке скатывается к локтю. Стоя у небольшого настенного зеркала, поднимаю руку с кисточкой консилера и замазываю тёмные круги под глазами — следы мучительных бессонных ночей.

Сегодня ровно третий день, после моего возвращение. Со стороны, наверное, можно подумать, что у меня всё в порядке: днём я живу обычной студенческой жизнью, хожу в университет, высиживаю занятия, по вечерам учу конспекты.

А по ночам лежу, не в силах сомкнуть глаз из-за злости на саму себя за то, что не закрыла сессию собственными силами. Внутри сидит злобный червь, сгрызающий всё на своём пути от понимания, что я одна из тех тупиц, за которую решили деньги. Я же хотела доказать, что смогу. Что достойна. Что справлюсь со взрослой жизнью.

Не справилась… Потерпела крах во всём.

Снова оказалась в самом конце. Отстающая по программе, да и по жизни.

Конечно, уставший организм в большинстве случаев берёт верх, и я засыпаю с камнем на сердце. Но каждые полчаса просыпаюсь от того, что вся вспотевшая. Мокрая футболка липнет к телу, а влажный пододеяльник неприятно собирается, сбивая одеяло в кучу. И так каждую ночь.

— Хочешь? — голос соседки выводит из транса, и только в этот замечаю, что зависла в размышлениях, задумчиво пялясь на неё в упор.

Таня неверно истолковала мой взгляд, приняв его за желание тоже выпрямит волосы утюжком.

— Да, давай, — уверенно киваю, пока не успела передумать.

В этой жизни нужно что-то менять, двигаться дальше и не стоять на месте. Смешно… Как можно двигаться дальше, если всё моё никчёмное бытие ведёт к одной цели: замужеству?

Соседка самостоятельно вызывается побыть в роли парикмахера и выпрямить кудрявые пружинки. Задача, надо отметить, не из простых: Таня долго пыхтит над светлой головой, превращая остатки некогда пышных локонов на моей поредевшей шевелюре в красивые ровные пряди. Непривычно видеть себя с новым имиджем, поэтому недолго думая собираю длинные волосы в высокий хвост.

В университет добираемся практически молча, переговариваясь по бытовым вопросам.

— Вечером схожу за продуктами, — сообщаю, поправляя ремешок сумки, бесконечно соскальзывающий с плеча дутой куртки. Нужно пополнить запасы: мы раньше договаривались скидываться пополам, а сейчас, получается, я уничтожаю запасы Тани.

— Можешь картошку докупить, а остальное всё есть, — Соколова отвечает задумчиво, вглядываясь вдаль. Проследив взгляд подруги, замечаю стоящего вдалеке Егора с незнакомой мне девушкой. — Не знаешь, кто это? — кивает головой как раз таки на собеседницу Воронцова.

— Понятия не имею, — странно покосившись на Таньку, не догоняю, с чего бы её волнуют дела Егора. Раньше она его на дух не переносила.

Кстати, о Егоре. Наверное, не стоит говорить, что он был рад моему возвращению, а после безумно взбешён узнав, о предстоящей свадьбе.

«— Лиза, скажи, что ты шутишь, пожалуйста. — Друг взял меня за плечи, всматриваясь в лицо. Воронцов уличил время на физкультуре и отвёл нас в сторону. — Ты не рабыня! Никто не имеет права, чёрт подери, заставлять тебя!

— Давай не будем, — немного грубо ответила я, дёрнувшись в его руках. — Сама знаю, как мне жить.

— Дура! — в пылу выпалил он. — Мы тут с Таней места себе не находили, не знали, что с тобой случилось! Когда увидел тебя, подумал, что всё наладилось, семейка успокоилась.

— Хватит, — устало вздохнула я, всем видом показывая, что разговоры об одном и том же осточертели.

— А ты притащилась в универ и так спокойно говоришь о том, что меньше, чем через полгода выходишь замуж. Причём не за Князева.

Напоминание о нём вызвало во мне шквал эмоций, во главе которых была жгучая злость.