Договаривались?! Серьёзно, Лиза? А как ты хочешь, чтобы он забрал тебя? Спрятал на девять месяцев, а потом обратно вернул, откуда взял, типа ничего не было? Или собралась всю жизнь скрываться?

И только в данный момент до меня доходит мысль о том, что за этот побег может пострадать вся моя семья.

Они не думают и не волнуются о тебе, так почему ты должна, Лиза?

Встряхнув головой, поднимаюсь с постели и практически бегу ко входу, позабыв о тошноте. Нет, у Руслана определённо есть план! Раз сказал, приедет, значит, он знает, что и как нужно делать. Я доверяю ему целиком и полностью, без каких-либо сомнений.

Тем не менее вопросы бесконечной вереницей продолжают кружить в голове. С безумно колотящимся сердцем вспотевшими ладошками проворачиваю замок на сотрясающейся от ударов двери.

Медленно открыв её, я замираю, как и весь мир вокруг. Табун до невозможности неприятных колючих мурашек прокатывает по телу при виде неожиданного гостя на пороге. Пульс учащается, но далеко не от радости, а от страха и ненависти, что вмиг вспыхивают внутри.

— Здравствуй, любимая! — стоящий в проёме… Демьян обнажает улыбку, больше походящую на шакалий оскал. Его ухоженное лицо и вылизанные волосы вызывают лишь жуткое отвращение.

— Что ты здесь делаешь? — проглотив волну негодования, делаю непроизвольный шаг назад на подкашивающихся ногах. Холодный поток ужаса пробегает по спине. Я так сильно надеялась, что больше никогда его не увижу!

Демьяна Таня, судя по всему, узнаёт сразу же. Напившись на вечеринке, я показывала ей фотографию ненавистного жениха, и мы долго плевались, выискивая недостатки в этом самодовольном говнюке. Поэтому сейчас подруга вырастает рядом со мной, как скала, и приобнимает за плечи.

— Дай угадаю: не скучала? — Шведов-младший с презрением оглядывает меня с головы до ног. — В гости будущего мужа не пригласишь, моя маленькая потаскушка?

— По субботам не подаём, — тут же находится Танька, крепче прижимая меня к себе, а я будто язык проглотила от услышанного оскорбления. Признаться честно, Демьян и раньше не отличался вежливостью. Женишок всегда без раздумий бросался обидными словами, но сейчас он это сделал при свидетелях!

— Завали-ка ебало, — подмигнув Соколовой, Демьян проходит в комнату и прикрывает дверь, вынуждая окончательно опешивших от грубости нас отшагивать. — С тобой вообще никто не разговаривал. Сквозняк нарисуй.

— Чего ты хочешь? — инстинкт самосохранения подсказывает: с этим придурком сейчас лучше не ссориться, а попытаться договориться по-человечески. — Зачем приехал?

Покрасневшие глаза Демьяна и дёрганые движения не сулят ничего хорошего. Я пытаюсь скрыться за маской невозмутимости, но энергетика, исходящая от него, вынуждает ощущать себя уязвимой и беззащитной…

Охранники в любом случае будут за сына их босса, а наши соседи даже при желании не смогут пробиться с помощью из-за вышеупомянутых.

Но самое страшное в другом: в любой момент здесь может появиться Руслан. Вдруг он решит подняться сам, чтобы я не спускалась по пожарной лестнице? Я, по правде говоря, совсем не знаю, какие у него планы! Быстро посмотрев на настенные часы, прикидываю, сколько времени есть на избавление и выпроваживание Шведова.

Начнётся самая настоящая третья мировая война. Катастрофы не избежать, если эти двое столкнутся!

— Да вот захотелось увидеть драгоценную невесту, — Демьян вскидывает руку, а я от неожиданности шарахаюсь от него, вызвав на мужских губах кривую усмешку.

— Я сейчас полицию вызову! — скалится Танька, не испытывая к нашему гостю и толики терпимости. — Вали отсюда по-хорошему!

— Слышь, я ж вроде по нормальному попросил тебя заткнуться? — произносит грубее и агрессивнее.

— Уходи, пожалуйста, Демьян. Я болею, очень плохо себя чувствую, — голос скачет несмотря на усилия казаться спокойной и не выдавать нервозности.

— Желания извиниться за прошлую встречу, я так понимаю, нихуя нет? — взгляд, которым он впивается в меня, вызывает необъяснимое желание сбежать подальше.

— А у тебя? — выпаливаю, не обдумывая. Неприятные воспоминания о дне, когда он вывез меня на свою квартиру и пытался изнасиловать, усиливают тошноту.

Протянув ледяную ладонь, Демьян проводит указательным пальцем по моей щеке, но я с непроизвольным отвращением и дичайшей внутренней истерикой отбрасываю её. Однако такое неповиновение Шведова не устраивает.

— А я не подзаборная шлюха, таскающаяся с другим, чтоб перед тобой, потаскуха, извиняться! — обвив мою кисть, жених дёргает на себя. Едва ли не потеряв равновесие от неожиданности, сглатываю ком в горле. Я смотрю прямо перед собой, на тёмный ворот водолазки Демьяна, не решаясь поднять глаза.

— Отпусти! — рука немеет из-за болезненной хватки, но я не могу вырваться. Меня бросает то в жар, то в холод от происходящего кошмара наяву.