Ловко вспенив большую банную губку, он намыливает каждый участок моей покрасневшей от горячей воды кожи. Моет даже в самых интимных местах, нежно и аккуратно из-за саднящего чувства после бурного секса в машине. При этом в его движениях нет пошлого подтекста, вместо него ощущается тотальная забота и бережность. Князев, как будто сам не веря в происходящее, этими действиями подтверждает то, что мы принадлежим друг другу. Теперь вместе и навсегда.

Надеюсь, что навсегда…

Любовь сквозит в каждом прикосновении. В каждом взмахе его руки. И это совершенно не вяжется у меня с образом татуированного плохиша.

Между Русланом, которого я знала прошлой осенью и тем, что стоит сейчас передо мной, разница разбегом от земли до неба.

Сердце щемит от парящей вокруг нежности, и я вдруг проникаюсь мыслью, что мечтаю дать Руслану то же самое! Чтобы и он почувствовал себя нужным, любимым, необходимым.

Отняв из его рук губку, перенимаю инициативу и принимаюсь намыливать самое красивое тело, что есть на этом белом свете.

Тело моего мужчины.

Кто-то может бесконечно смотреть на огонь, а я на то, как вода стекает по выпуклым кубикам Князевского пресса. До чего же идеален засранец!

До сих пор не верю… почему среди стольких девушек он выбрал именно меня? Обычную, ничем не примечательную, заурядную и неуклюжую?

Неловкость густым туманом заволакивает пространство, когда моя рука спускается ниже пресса к члену и повисает в воздухе. Неуверенно взглянув в мужское лицо, несколько секунд я колеблюсь, не зная, как поступить. Проигнорировать или прикоснуться? Руслан мыл меня везде, почему бы и мне не отплатить ему?

Князев не облегчает задачу, выжидает и даёт возможность принять решение самостоятельно. Он знает, что я хочу сделать. Сглотнув вязкую слюну, обращаю всё внимание на эрегированное достоинство…

Не такой уж он и страшный, Лиза, чтобы бояться и трястись. И какого чёрта он снова в полной боевой готовности?

Пока уговариваю себя, губка падает на пол, а это означает, что решение уже давно принято. Дрожащей ладонью прикасаюсь к твёрдой плоти вспоминая, как делала это в общежитии. Мои движения робкие и неумелые, до жути смешные. Кажется, что я всё делаю неправильно, обхватывая плотно ствол, но, заглянув в горящие глаза любимого, понимаю, что на верном пути.

— Сожми крепче, — хрипло подсказывает Руслан. — Не бойся, он сегодня не кусается.

Лёгкий смешок слетает с губ, расслабляя напряжённые мышцы шеи и рук. Да и в целом, слегка успокаивает расшатанные нервишки.

Моя сомкнутая вокруг члена ладонь скользит от основания к головке по бархатной коже. Без понятия, в какой момент я дохожу до кондиции, что мне самой нужно больше, и опускаюсь на колени. Дыхание Руслана окончательно сбивается от моих сомкнутых на головке губ.

— Зубы, Лиз, — как одержимый, он наблюдает за процессом сверху. И видит Бог, такого напряжения вперемешку с вожделением на лице Руса я ещё не наблюдала.

Ему нравится, чёрт подери! И рука, сжимающая мои волосы до боли на макушке тому подтверждение. Князев то ласкает меня, поглаживая кудри, то натягивает их до невозможности.

Солоноватый привкус будоражит рецепторы, заставляет продолжать исследования, и я аккуратно подаюсь вперёд, пытаясь погрузить в себя его как можно больше. Следуя указаниям, пытаюсь не задевать чувствительную плоть зубами. С каждой пройдённой секундой челюсть начинает болеть, но я упорно продолжаю доставлять удовольствие любимому.

— Блядь, малышка, — не удержавшись, Рус перенимает инициативу и принимается самостоятельно двигать бёдрами навстречу. С каждым махом он увеличивает темп, тараня бедный рот. Соки стекают с моих губ по подбородку на грудь, на пол, а неприличное хлюпанье смешивается со звуками льющейся воды.

Несколько сильных толчков и мужской рык перебивает всё вокруг. Тёплая жидкость брызгает в горло, и я едва ли справляюсь с приступом тошноты. В панике я проглатываю её, а затем пытаюсь отдышаться после произошедшего.

«Охренеть, ну ты дала жару, Лиз!» — мысленно хлопаю в ладоши, сама офигевая.

— Это был самый охуенный минет в моей жизни!

Руслан помогает подняться на затёкшие от неудобного положения ноги и смачно целует меня в губы.

— Ага, ну конечно, — смущённо цежу, отводя взгляд. — Хоть немного понравилось? — как жалко я звучу.

— Когда я тебе врал, Кудрявая? — обхватывает подбородок, вынуждает посмотреть на него. — Руслан-младший просил передать, что с сегодняшнего дня он будет видеть эти сладкие губки на себе гораздо чаще.

— Да ну тебя! — прыскаю от смеха с ужасно горящими от смущения щеками.

Как вы догадываетесь, купаться нам приходится повторно.

По завершении банных процедур Руслан сначала тщательно вытирает полотенцем меня, надевает халат и только после этого вытирается сам.

— Чего это ты тут сексом пуляешься? — поглядываю с видом знатока на низко замотанное белое полотенце на мужских бёдрах. Капельки воды стекают с висящих прядок чёрных волос на голове, а я облизываю пересохшие губы от данного зрелища.