«Не выйдешь!»

Голос Руслана звучал настолько уверенно, что это вызывало недоумение и злость.

Доигралась? Доигралась, Лиза?!

Это именно то, чего я боялась больше всего! Что Руслан наплюёт на поставленный лично для меня запрет и станет вытворять, что пожелает вольная душа.

Князев позволил мне покинуть аудиторию мирно, но я не сдержалась и гнусно бросила напоследок:

«Выйду! И лично отправлю тебе пригласительное на свадьбу!»

Знаю, что играю на его нервах и самообладании. Что нарочно выбешиваю, но это необходимо.

Слова Руслана, можно сказать, угроза и некое предупреждение. Ох, неужели он что-то задумал?

Нужно скорее остановить бывшего, прекратить все игры и поставить окончательную точку в нашем совместном прошлом.

Что мне делать? Ощущение, будто я теряю контроль над собственной жизнью.

Ты давно его потеряла, Лиза. В тот момент, когда тебя продала семья.

С тяжёлыми мыслями я иду в сторону раздевалки, намереваясь забрать верхнюю одежду и отправиться в общежитие. Занятия закончились, чувствую себя опустошённой на все сто процентов. Единственное желание на данный момент: завернуться в тёплый уютный пледик и не думать ни о чём.

— О, Лизок! А я тебя везде ищу, — Соколова на ходу берёт меня под руку, вырывая из тягостных размышлений. — Угадай, что я сделала?

— И что же ты сделала? — иронично уточняю, лукаво на неё взглянув.

Танька — единственное солнышко, освещающее мою серую и унылую жизнь.

— Я записала нас в волонтёрский проект от универа. Экологическая акция по очистке природных территорий и помощи окружающей среде!

— Чег-о-о-о? Зачем? — выпучиваю глаза, остановившись.

— Это поездка в область на целых два дня, представляешь? — Соколова принимается возбуждённо тараторить: — Я уже погуглила фотки, Лизка, там такие живописные леса и водоёмы! Будет капец как весело! Чистый воздух и всё такое! И от университета освобождают!

— Тань, ты с ума, что ли, сошла? Какая поездка? Где волонтерство и где мы? — поджимаю губы, рассматривая эту занозу. — Ты вчера семечки в окно щелкала, забыла? А на замечание показала мне средний палец, между прочим.

— Ой, да брось ты! Вчера — это вчера! Сегодня я уже совершенно другой человек. Так сказать, встала на путь истинный, исправляюсь!

— Признавайся, в чём настоящая причина? — скрещиваю руки на груди, уверенная: Соколова определённо что-то задумала.

— Да у меня коллоквиум по криминалистике в среду, а я не готова от слова совсем! — хитрюга сдаётся без боя и, оттащив меня к подоконнику, шёпотом вываливает правду. — Поездка выпадает как раз на среду и четверг. Да и всем, кто поедет, это зачтут в дальнейшем на сессии, понимаешь? Одна ехать не хочу. Лиз, ну соглашайся!

Разве я могу ей отказать? Когда вот так вот смотрит грустными глазками, нарочно вызывая жалость. Конечно нет. Соглашаюсь, а Танька набрасывается с радостными визгами.

— Ура-а-а! Мы будем жить в одной комнате и болтать до самого утра! — с придыханием заявляет подруга.

— Тань, мы и так живём в одной комнате и можем болтать до самого утра.

— Какая ж ты зануда, Астахова. Испортила такой классный момент, — фыркает и тащит меня в сторону раздевалки.

Всё утро следующего дня я провожу в напряжённом состоянии, ожидая вердикта от дяди. Разговаривать с ним и слышать голос нет ни малейшего желания, поэтому с самого утра я сбросила сухое СМС:

«Привет. Университет отправляет меня в область на два дня с волонтёрами. Надеюсь, ты не против.»

В сообщении я не стала уточнять, что проект не принудительный, а добровольный, и, вообще, решила не писать лишнее. Просто на всякий случай прикрепила фотографию буклета с подробно расписанной информацией и точным местоположением.

Ближе к обеду дядя соизволил ответить:

«Хорошо.»

Небось отчитывался перед Шведовыми, ждал, чтобы отец жениха разрешил? От последней мысли становится противно. Какого чёрта в двадцать первом веке я завишу от других людей? Жду одобрения, как собачка на поводке?

Правда, предвкушение, передавшееся от Соколовой, перекрывает осадок, плотно засевший в груди. Мы основательно подходим к поездке, собираясь. Особенно усердно старается моя милая соседушка.

— Мы всего на два дня едем, — тактично намекаю на сумку подруги, готовую лопнуть в следующую секунду от огромного количества одежды, напиханной в неё.

— Не звезди, там всё нужное, — пыхтя, Таня пытается застегнуть замок. — Тёплая одежда, запасная одежда, нижнее бельё, пижама, косметика уходовая, косметика декоративная! — перечисляет с перерывами на ругательные слова.

— А красный пеньюарчик? — отложив в сторону спортивный костюм, который собираюсь надеть в дорогу, решаю поиздеваться над подругой.

— Какой ещё пеньюарчик? — Соколова умело избегает зрительного контакта, но я-то вижу, как она занервничала.