Гэри поднимает ее ни свет ни заря, но не говорит, зачем – просто просит довериться. Пайпер, которая за несколько дней в Манчестере привыкла просыпаться в десять от запаха свежей выпечки, угрюмо молчит, но спорить не решается. В его глазах сияет почти детское озорство, а значит, он приготовил какой-то сюрприз.

Он привозит ее на Пикадилли и уверенно ведет к поездам – на секунду даже кажется, что они сбегают. Но когда Пайпер видит маршрут, понимает, что Гэри задумал какое-то приключение. Она даже названий этих не знает, но Лондона среди них нет.

В городке под названием Честер их ждет пересадка.

– Честер – это как кот из «Алисы»? – спрашивает Пайпер, оглядывая людей вокруг.

– Нет, кот из Чешира, и это графство.

– А где оно находится?

– Здесь, – чешет затылок Гэри. – Мы посреди Чешира.

– То есть, технически, этот кот мог быть из Честера, – улыбается Пайпер.

– Залезай в поезд, душнила.

Она понимает, куда именно он ее везет, только оказавшись на пирсе, в месте, которое называется Холихедом. Оно тоже звучит знакомо, но где именно она его слышала, сейчас и не вспомнишь. Впереди простирается бескрайнее море, и Пайпер вдыхает его соленый запах.

Голова кружится: она не только побывала в Англии, но и увидела настоящее европейское море. Старый свет не прекращает ее удивлять: многовековые кирпичные дома, люди говорят странно и порой непонятно, все здесь пропитано историей. Вот почему Гэри так не любит Штаты: он вырос в городе, которому, наверное, тысяча лет.

Он называет себя манкунианцем и болеет за «Сити». Он говорит «прямо» вместо «очень», называет любую проблему «затыком». А еще он готовит на завтрак яйцо в тосте и бекон. И если в Штатах это выглядит странно, то теперь Пайпер понимает, что значат все эти вещи. Просто ее парень – англичанин до мозга костей. И не такой, какие снимаются в сериалах, с претенциозным сексуальным акцентом и выкрашенные под брюнетов. Настоящий, такой, какие живут в городах и деревушках.

И когда у него отрастает борода, она отрастает рыжей.

– Ты узнала его? – спрашивает Гэри, обводя рукой воду. – Ирландское море.

– Нет, – признается Пайпер.

– Я просто подумал… Ты привезла меня в Манчестер. Может, и я отвезу тебя домой?

Внутри острой иголкой колет больное чувство вины: она ведь так и не призналась, что не из того Дублина. Но он так влюблен в эту идею… Пайпер поднимает глаза и сталкивается с его восхищенным взглядом.

– Это чудесно, – улыбается она, – а мы напьемся в пабе?

– Конечно. Мы за этим и едем, разве нет? Кстати, – Гэри ведет Пайпер к парому, – а как будет пиво по-ирландски?

– Так и будет, – отвечает она, не задумываясь, – просто «пиво».

– Вот видишь, не все ирландцы придумали.

– Может, это ирландцы и придумали, а англичане просто взяли.

– Так, а ну не спорить, – улыбается Гэри. – Ты же не хочешь со мной подраться?

– Агрессивный англичанин на пароме в Ирландию, – смеется Пайпер. – Что может пойти не так?

– Я еще наполовину валлиец, – предупреждает он, – так что ты со мной не шути.

От бесконечного моря немного кружится голова. Пайпер пытается углядеть впереди землю, а Гэри целует ее в щеку и называет моряком. Она исчерпывает все свои знания об Ирландии уже через час разговора, и если продолжит спорить, точно выдаст себя. Так что в какой-то момент она просто берет его за руки, обхватывает себя ими и отворачивается к морю.

Когда они подплывают к Дублину, Пайпер чувствует себя уставшей. Она никогда столько не путешествовала, сколько с Гэри. Они ездили в Бостон, чтобы просто погулять, и это казалось так далеко… но потом они полетели в Аргентину. А затем – сюда.

Кажется, у него вообще нет проблем с долгими поездками: он комфортно чувствует себя и за рулем, и в самолете, и в поезде. Даже на пароме Гэри спокойно стоит последние два часа, даже не переступив с ноги на ногу, и задумчиво разглядывает воду.

Паром начинает моститься к причалу, и вскоре они снова оказываются на твердой земле, но Пайпер все равно немного покачивает.

– Мы, наверное, на ночь останемся здесь, – Гэри бросает взгляд на часы, – ты еще семь часов дороги сегодня не выдержишь.

– А ба?

– Пайпер, она взрослая женщина, может прожить дома без нас одну ночь, – с укором отвечает он, – даже обрадуется.

– Подружек позовет, устроят вечеринку.

– Лишь бы мальчиков не водила.

Гэри смеется и обнимает Пайпер за плечи, подводя к ближайшему такси.

– Я не взяла никаких вещей, – вспоминает она.

– Спиздим халат из отеля, поедешь домой в нем.

– Гэри Барнс, – строго произносит Пайпер, – Манчестер тебя портит.

– Нет, это все отпуск. Знаешь же, когда попадаешь в комнату отеля, сразу хочется что-нибудь спиздить.

– У меня никогда такого не было.

– Серьезно? Тебе стоит попробовать. Охеренное чувство.

Они подъезжают к старому обветшавшему зданию, и Пайпер даже удивляется, увидев неприметную вывеску.

– Это точно гостиница?

– Одна из лучших, – гордо отвечает Гэри. – Я здесь всегда останавливаюсь, когда бываю в Дублине.

– И сколько раз ты бывал в Дублине?

– Два.