Они найдут его отца, и Гэри убьет его. Пайпер пока не знает, как именно, но…

– Оружие, – произносит она. – Мы не обсудили оружие.

– Мне оно не нужно, – сонно отвечает тот. – Руками справлюсь.

– Отпечатки будут, следы кожи. Тебя найдут по ДНК.

– Тогда возьмем монтировку.

– Крови будет много. Где мы ее потом будем мыть?

– В озере, – выдыхает Гэри и притягивает ее поближе, – спи уже.

– Не нравится мне это. Я займусь оружием. Придумаю что-нибудь.

– Завтра, хорошо?

– Конечно. – Пайпер снимает его ладонь со своих глаз и заворачивается в руку, как в одеяло.

Его дыхание постепенно становится спокойным: Гэри засыпает, так и не услышав ее ответ.

Звучало это здорово, но теперь Пайпер нужно ответить на один непростой вопрос: что, черт возьми, она может придумать?!

Себастьян бесит с самого утра: все ходит и ходит. Ему здесь приемная, что ли? Пайпер и без него не может понять, как собрать пазл из бесконечных встреч Гэри. С тех пор как завод напортачил, у него совещание на совещании, а еще Леон вызывает к себе каждый, сука, день.

У него выходит десять часов встреч на одну только среду. Ладно, приедут они к восьми, Чед тоже приедет, никуда не денется. Себ задержится, ему не привыкать. А ланч? А подготовиться к следующей встрече? А подышать, в конце концов?

– Привет, – отвлекает ее очередной посетитель.

– Минуту, – огрызается она.

Еще и телефон звонит, отлично, что следующее? Мобильник? Пайпер снимает трубку, не отрывая глаз от экрана.

– Ты там планируешь календарь Гэри? – спрашивает Тыковка. – Смотрю, встречи туда-сюда прыгают.

– У тебя комментарии?

– Ага. У нас во вторник футбол, а ты совещание поставила.

– Матч не можете пропустить? – с надеждой спрашивает Пайпер.

– С «Ливерпулем»?!

– Да-да, поняла, глупость сморозила, – смеется она в трубку. – Ладно, выдумаю новое время в сутках.

– Спасибо!

Решить чертову задачку становится еще сложнее: футбол – значит, никого из них вообще не будет в офисе. Зато можно выклянчить себе выходной и поехать к Скай пить пиво.

– Пайпер, – зовет ее все тот же голос.

Она вскидывает голову. Перед глазами неприятный сюрприз – Саймон. Его смелости, конечно, можно позавидовать – Гэри-то у себя, – но сломанная челюсть шла ему больше.

– Чем могу помочь? – спрашивает она, натягивая дежурную улыбку.

– Зашел попрощаться.

– Зачем?

– Есть у меня к тебе один вопрос. Знаешь, что меня не перевели из стажеров? Выкинули на мороз.

– Теперь знаю. – Пайпер пытается не показывать радости. – А вопрос у тебя какой?

– Это ты? – спрашивает он. – Ты не только со Зверюгой теперь спишь, да? Просто понять не могу, ты же не блистала в постели, как…

Дверь в кабинет приоткрывается с тихим скрипом, но Пайпер поднимает руку.

– Я сама, – предупреждает она, не сводя взгляда с Саймона.

– Какого хера… – Голос Гэри превращается в недовольный рык.

– Сама, – уверенно повторяет Пайпер.

Взгляд Саймона наполняется ужасом. Теперь тот смотрит куда-то позади нее, и приходится приподняться и щелкнуть пальцами перед его носом.

– Слушай, я понимаю, тебе обидно. Но это «Феллоу Хэнд». Здесь не держат тех, кто плохо работает.

Саймон бледнеет, бегая глазами между ними. Он уже не скажет ничего, что сможет задеть. Даже без Гэри не смог бы: этот идиот никогда не был прав.

– Может, просто не твое? – предполагает Пайпер. – Тебя не повысили до специалиста, потому что ты еще не специалист. Попробуй себя в другой сфере. Сходи на хер, например.

– Ты изменилась, – дрожащим голосом выдавливает он.

– Тебе пора, Саймон. Правда пора.

Пайпер возвращается к монитору и старается не рассмеяться от счастья: еще пару месяцев назад она бы не смогла так себя вести. А теперь не понимает, как вообще пугалась такого мелкого и бесполезного идиота.

– Ты ее слышал, – предупреждает Гэри: он еле сдерживается. – Три… два…

Пайпер поднимает голову: Саймона уже нет, зато из кабинета раздается хриплый голос, такой, какой она обычно слышит только дома.

– Зайдешь?

Как только за ней захлопывается дверь, Гэри оттаскивает Пайпер в сторону и бросает на диван, нависая сверху.

– Мне стоило вышвырнуть его.

– У тебя запрет. – Она протягивает руку и сжимает пальцами его плечо. – И я хотела сама.

– У тебя получилось.

Его жадные поцелуи выбивают воздух из легких, и думать становится слишком сложно – вокруг его руки, которые беспорядочно шарят по ее телу. Губы, касающиеся самых чувствительных точек.

– Камеры, – выдыхает Пайпер, собирая по кусочкам остатки разума, – не хочу, чтобы нас видели.

– Я закрою тебя телом.

– Гэри, – с мольбой стонет она, – пожалуйста.

– Ты меня убиваешь.

Он с видимым сожалением отрывается от ее шеи и приподнимается на руках.