Непонятно, сколько проходит времени, прежде чем поцелуй становится еще смелее. Кэтрин забывает последние остатки социальных норм: она подбирается пальцами к шее Тома, проскальзывает к затылку, невольно задерживает дыхание, сама касаясь своим языком его.

Пока мир уплывает из-под ног, Кэтрин выбрасывает из головы, что говорила Хейли сегодня днем. Будто для всего слишком рано, нужно узнать друг друга… Один этот вечер сказал о Томе больше, чем мог бы месяц переписок и совместных ланчей. К черту приличия.

Том в последний раз прижимается к ее губам, отстраняется. Кэтрин распахивает глаза от неожиданности: она надеялась, эта ласка продлится долго. Вечно.

У него в глазах – океан нежности, а на губах – фирменная озорная улыбка. Сердце тает, как мороженое, и с губ тихим стоном срывается его имя. От этого звука Том вздрагивает, притягивает Кэтрин к себе и обнимает крепче, невесомым поцелуем касаясь шеи.

– Ты как море в Абердине, – глухо произносит он, – кажется, что оно холодное, суровое, но на самом деле в нем спрятаны настоящие сокровища.

Том замолкает, и Кэтрин обнимает его в ответ, отдаваясь собственным чувствам, из которых постепенно исчезают противоречия. Когда она в его руках, мир становится понятнее, а сомнения кажутся глупыми.

Одно свидание, да? Кэтрин мысленно возвращается к тому вечеру в баре. Его руки, как и в прошлый раз, дарят ощущение покоя и безопасности.

Они оба молчат, застыв вот так, в обнимку. Время замедляется, и тепло чужого тела становится все более знакомым с каждой новой минутой. Кэтрин утыкается носом Тому в плечо, закрывает глаза. Как же это вышло? Почему именно он?

– С тобой хорошо, – говорит она, когда мысли уже не могут помещаться в голове. – Как у тебя это получается?

– Не знаю, – с улыбкой в голосе отвечает он.

– Том, ты…

Непонятно, как о таком просить. Кэтрин хочется, чтобы он поцеловал ее еще раз, чтобы снова дрожали колени и было невыносимо нежно. Но Том опять понимает ее не так.

– Задержался, знаю, – он отстраняется и заглядывает ей в глаза, – но не хочу уходить. Мне с тобой тоже хорошо, Кейт. Даже лучше, чем хорошо.

– Тогда не уходи, – вырывается у нее. – Оставайся со мной.

– Ты серьезно?

В его взгляде плещется сомнение. И оно пугает, потому что секунду назад в самой Кэтрин была железная уверенность, а теперь она тоже может начать задумываться.

– Том, – тихо произносит она, – еще пара таких вопросов, и я отзову предложение.

– Понял, – согласно кивает он. – Тогда я просто остаюсь.

Том берет со стойки чашку и вкладывает ее в руку Кэтрин:

– Ты не допила кофе.

Она опускает взгляд на чашку, и вдруг становится смешно: в этом простом жесте – весь Том. Пока его пальцы оказываются на ее бедре, недвусмысленно намекая на то, зачем именно он остается, на лице у него написана искренняя забота.

– Без кофе ты не отведешь меня в спальню? – сквозь смех спрашивает она.

– Нет, – он опускается к ее уху, словно они не одни в квартире, – потому что тебе сейчас понадобится вся эта энергия.

Звучит самоуверенно, но от того, как его губы касаются чувствительной точки рядом с ухом, у Кэтрин по спине пробегают мурашки. Том отстраняется, подталкивает к ней чашку, и она послушно делает глоток уже остывшего кофе.

– Раз я остаюсь, – Том выпускает ее, и без тепла его тела почему-то становится зябко, – мне нужно кое-что знать.

– Что именно?

Он обходит стойку, возвращается на свое место и недолго копается в сумке.

– Как тебе нравится?

– Что? – едва не давится кофе Кэтрин.

– Заниматься любовью, – спокойно произносит Том.

Что-то шелестит, пока он засовывает это в карман. Кэтрин выдыхает с облегчением: презерватив. Значит, этот разговор точно не придется начинать. Но Том садится на стул и берет в руки чашку, ожидая ответа на свой вопрос. Взгляд его и без того карих глаз словно больше темнеет, и дурашливый «гопник из Манчестера» сменяется на кого-то нового.

– Я не могу сказать, – признается Кэтрин и находит спасение в чашке.

– Не хочешь? Или просто сама не знаешь?

Она только неопределенно кивает: как ему объяснить? За весь вечер он ни разу не поднял тему бывших, да и сама Кэтрин избегала вопрос Брайана Пака. Но теперь это становится неожиданно важным.

– У меня не то чтобы было много секса, – неловко говорит она своей чашке. – Сложно сказать, как именно мне нравится.

– Ты же… не девственница?

– Нет, – нервно смеется Кэтрин. – Но у меня был всего один партнер.

– Ох, – выдыхает Том. – Тогда… давай просто попробуем. Если ты правда готова.

А почему она вообще готова? Кэтрин прикусывает губу изнутри и закрывает глаза. Это слишком странные мысли, чтобы в них погружаться. Десять лет с одним парнем. Год даже без намека на флирт. И вот теперь после первого же свидания она зовет Тома к себе домой и практически соблазняет его.

Это совсем на нее не похоже: она ведь монашка, как говорила Хейли. Правда, та же и называла ужин в ресторане третьим свиданием, а не первым, но это все равно слишком странно.