– Уверена, лучший у нас впереди. Ты ведь не использовал член.

– Ты и мертвого уговоришь?

– Удивлена, что мне вообще нужно тебя уговаривать. Это не я, знаешь, до сих пор тут… стою.

Леон сдается. Хорошо бы и правда помогло, хотя швы собственных принципов оглушительно трещат. Он поднимает руку, касаясь щеки Зои, и опускает голову, чтобы дотронуться до ее губ.

От нереализованного желания, которому не помогает никакая мастурбация, сдержанности в нем не остается ни капли, и Леон вынужден отпустить себя: он обрушивается на Зои с кусачими поцелуями, снимает ее резинку с волос, сначала позволяя им упасть ей на спину, но тут же зарываясь в них пальцами у самых корней.

Желания Зои словно полностью совпадают с его: она отдается поцелую с не меньшим жаром, и Леон даже чувствует ее ладонь на своем члене, сначала через ткань, а потом… Твою мать, как же он этого ждал.

Пока он забирается языком ей в рот, Зои успевает развязать пояс на халате и распахнуть его, и когда ее пальцы обхватывают член, сознание делает сальто назад и улетает в окно. Остаются голые инстинкты: Леон скидывает со своих плеч халат, а потом раздевает Зои.

Они отрываются друг от друга, и в зеленых глазах напротив видно искры от адского пламени, в которое его затягивают.

– Ты доведешь меня до психиатра, – хрипло произносит Леон.

– Это лучшая твоя реакция, – гордо улыбается Зои и заставляет его сделать шаг назад.

Без лишних вопросов она опускается на колени, заводя руки за спину, поднимает голову, давая ему лучший вид, и предлагает:

– Ты можешь сделать со мной то, что захочешь.

– Похлопай по мне, если…

– Помню.

Его не нужно просить дважды: Леон моментально проводит большим пальцем по пухлым губам, раздвигая их, и от того, с какой готовностью Зои открывает рот, член напрягается только сильнее.

Сейчас можно не переживать за свою выносливость: никто из девушек не любит долгий минет. Не в силах больше ждать, Леон направляет член ей в рот и нетерпеливо толкается, но от этого движения блеск в глазах Зои становится только ярче.

Она не отводит взгляд ни когда он начинает держаться за ее волосы, ни когда ускоряет темп. Как же хорошо она ощущается: ее рот полностью обволакивает член, а покорность заводит все сильнее, особенно если вспомнить, какой Зои бывает занозой в заднице. Но пока Леон трахает ее в рот, он не замечает в ней сомнений.

Комфортный темп приносит долгожданное удовлетворение: это стоило всех мучений. Светлые пряди, обрамляющие лицо Зои как нимб, вместе с фантастическим послушанием делают ее похожей на ангела. Леон высвобождает руку, чтобы с благодарностью провести ладонью по ее щеке.

– Ты моя хорошая девочка, – подбадривает он, – ты отлично меня принимаешь.

В ответ Зои сама двигается навстречу, насаживаясь, пока ее нос не упирается ему в живот. Леон шумно втягивает воздух от приятной неожиданности, но позволяет себе двигаться только жестче, прижимая голову Зои, пока из груди вырывается несдержанный хрип.

– Да, принцесса, ты превосходно… ох!

Маленькая засранка открывает рот еще шире, высовывая язык и умудряясь лизнуть яйца в тот самый момент, когда головка касается ее гортани. Сердце едва не пробивает грудь, и оргазм захлестывает в ту же секунду, заставляя замереть, держа член глубоко во рту Зои.

От разрядки, о которой он мечтал, колени подкашиваются, и Леон с трудом удерживается на ногах. Он выпускает голову Зои, разрешая ей отстраниться, но та только больше дразнится: обхватывает пальцами и вылизывает его член дочиста широкими движениями.

Боже, не девушка, а дикий неограненный алмаз. Леон наблюдает, как она глотает, и что-то внутри подсказывает, что им будет безумно интересно вместе.

– У тебя чертовски толстый член, – замечает Зои. – Ты в курсе?

– Обычно девушки говорят о длине.

Есть в мире члены и больше, чем у него. Не то чтобы Леон переживал – девчонки еще не жаловались, – но точно знает, что бывают больше. А бывают и меньше, впрочем, такие встречаются чаще.

– Это навязанный параметр. – Зои даже не поднимается, она в последний раз обводит кончиком языка головку, а потом облизывает уголки губ. – Толщина намного важнее.

Этот уровень телесности восхищает. Зои словно совершенно не стесняется ни своего тела, ни его, ни их взаимодействия, какие бы жидкости при этом ни выделялись. Леон опускается на корточки рядом с ней и берет двумя пальцами за подбородок.

– Спасибо, – произносит он. – Ты потрясающая.

Ее щеки розовеют, и Леон сначала по очереди прикасается к ним губами, а потом затягивает Зои в глубокий нежный поцелуй, от которого она цепляется пальцами за его руки и перестает дышать. Они проводят на полу столько времени, сколько нужно, чтобы успокоить колотящиеся сердца, а потом плавно перебираются на кровать, так и не одевшись.

– Какой у нас план на сегодня? – спрашивает она, устроившись у него на плече. – Снова поход?