– Да, – обещает она.

Нет, не выдержит. Если Леон коснется ее клитора, пока она не дышит, сдержать оргазм будет слишком сложно.

– Стоп, – звучит приказ.

Зои не успевает набрать достаточно воздуха, но покорно замирает, приподняв голову. Леон входит в нее сразу двумя пальцами, но нельзя даже застонать, и оттого ноги начинают мелко трястись. Это слишком хорошо, чтобы оставаться на земле, – Зои не может понять, что именно она чувствует. Всего много и всего мало, но когда пальцы Леона начинают в ней двигаться, колени превращаются в желе.

– Ты обманула меня, маленькая негодница, – с восторгом в голосе произносит Леон. – Ты не широкая, о нет, наоборот…

Голова начинает кружиться, и Зои почти готова занести руку, чтобы остановить сессию, но не делает этого: ей не плохо. Ей просто слишком хорошо.

– Старт, – командует Леон снова.

Вместе с воздухом из Зои вырывается стон, больше похожий на крик. Свободной рукой Леон зажимает ей рот.

– Чш-ш, принцесса, мы не у меня дома, – ласково произносит он. – Там ты сможешь шуметь сколько хочешь.

– Могу я кончить? – просит она.

– Рано.

В противовес отказу влажные пальцы вновь находят ее клитор, и к следующему легкому удару Зои оказывается почти готова. Она сдерживается, хотя деревья за окном смешиваются в одну темную кашу.

– Пожалуйста, – умоляет она.

– Уже сдаешься?

Леон кладет большой палец ей на клитор, а еще двумя снова оказывается внутри. Когда вторая рука при этом находит ее сосок, сжимая его, боль смешивается с удовольствием в миксе, которому невозможно противостоять. Зои невольно бьет сжатым кулаком по кровати и жмурится, пытаясь сдержаться.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – повторяет она.

– Рано.

Он издевается над ней, настоящий садист – не тот, что хлещет плеткой наотмашь, но тот, что получает удовольствие, глядя, как она извивается в его руках, и при этом запрещает ей единственную необходимость и ценность. Один маленький, крошечный оргазм, просто чтобы эта пытка прекратилась.

– Иди сюда. – Леон подхватывает ее под грудь и поднимает, заставляя опереться на себя. – Смотри на меня.

Повернув голову, Зои видит за стеклами очков восхищенный взгляд и понимает, что окончательно сошла с ума. Леон смотрит на нее сверху вниз, медленно проводит рукой по ее телу и останавливается между ног, накрыв клитор пальцами.

– Не отводить взгляд, – он крепко держит ее, – можно.

Еще один хлопок, второй – и Зои захлестывает оргазм, заставляя все вокруг, кроме серых глаз, испариться. Она не знает, стонет, воет или кричит, – это не так важно. Единственное, что она знает сейчас, – на нее сверху смотрит бог. И его зовут Леон.

Когда пульсация наконец идет на спад, он укладывает ее обратно и помогает снова свернуться клубочком.

– Я… – мысли слишком тупые и рваные, и Зои затыкает сама себя.

Это полет в невесомости. У нее нет мозга и мышц, нет ни одного органа – она пустой сосуд, который дрейфует в открытом космосе без цели и повинуясь лишь хаотичному движению частиц.

– Не говори пока, – предупреждает Леон и склоняется над ней.

Он целует ее в лоб, словно отмечая как избранную, и Зои глупо улыбается, потому что счастлива. На несколько секунд он исчезает, но тут же возвращается со стаканом воды.

– Столько всего не обсудили, – вздыхает он. – Вот, тебе нужно.

– Боже.

– Давай я придержу тебя, пока ты пьешь.

– Боже, – повторяет Зои. – Что ты со мной сделал?

– То, о чем просила.

Леон заставляет ее приподняться, садится рядом и укладывает на себя. Зои чувствует, как по щекам бегут слезы, но ничего не может с собой сделать.

– Чш-ш, – он гладит ее по плечу, – я рядом, принцесса. Ты отлично справилась.

Глава 24

Леон

Ночь становится сложной: перевозбуждение во время так называемой пробной сессии не прошло бесследно. После супа Зои уснула, а Леон вернулся к себе и попытался поработать, но тело словно сошло с ума.

Когда Зои извивалась в его руках, умоляя разрешить ей кончить, Леон едва не обезумел сам. Она сомневалась в их атмосфере?! С таким талантом? Уже после он понял, что целью этой дрянной девчонки было заставить его поступиться принципами, а не выклянчить оргазм…

Цель не достигнута полностью – Леон не стал заниматься с Зои сексом, – но все-таки та получила свое удовольствие. А вот ему досталась обратная сторона: болезненный стояк, который он не смог успокоить во время сессии, не снимало ничего. Даже когда он вернулся к себе и кончил два раза, через десять минут тело снова пришло в боевую готовность.

Это все из-за Зои. Стоило ему вспомнить любую деталь, от округлой груди до низкого стона, член моментально поднимался. От возбуждения Леон даже не мог уснуть: сознание продолжало подбрасывать соблазнительные картинки, от которых цикл начинался снова.