– Боннер, вас тоже касается. И…

– И Чакраборти тоже возвращается к работе, – мрачно перебил его Гаурав.

– Вы мешаете своим же коллегам. Я задам вопросы Гуд о согласовании подобного цирка.

Так оскорбленно, как это делал Хэмиш, еще никто не тащил кресло обратно к своему месту. Словно он был аристократом, которого отчитали, как мальчишку. Ох, подождите… Он им и был.

Мы с Рэем остались вдвоем. Следуя обострившемуся чувству противоречия, я даже не выключила трансляцию. Так, отметила взглядом очередное падение акций и развернулась в кресле.

– У нас ланч, – тихо повторила я. – И это та самая вовлеченность…

– Выключай все, собирай вещи и на выход, – жестко ответил Рэй.

Серьезно?! Мы ничего особенного не делали! Я не нарушила наших договоренностей, мы с ребятами даже не касались друг друга. Просто посмотрели вместе трансляцию!

Взгляд Рэя… Я его узнала. Уже успела познакомиться с ним, поэтому теперь понимала, что спорить бесполезно. Что же, это были классные месяцы.

На этот раз я полностью позакрывала все окна, вышла из системы, выключила компьютер и поднялась. Не стала прощаться ни с кем – напишу потом. Если приду в себя и не попаду за решетку сразу.

Возможно, мы с Маргарет могли стать настоящими подругами там. Правда, на фоне ее махинаций я была просто шестеркой… Но лучше быть шестеркой такой, как Маргарет Сонмайер, чем особой подружкой какой-нибудь сидящей за убийство тетки, способной вынести с одного удара.

Рэй проводил меня до коридора, а потом остановился. Я надеялась на какие-нибудь последние слова вроде «Я доверял тебе» или хотя бы «Уна, я же просил».

– Подожди меня у лифта, я возьму свою куртку, – произнес он.

Что?

За те несколько минут, что его не было, я успела перебрать еще дюжину вариантов происходящего, но ни один из них не был хорошим. Рэй провожал меня до самого выхода? Или хуже – он собирался отнять мою машину и перегнать ее куда-то?

Мою малышку! Я успела полюбить ее больше, чем мать ребенка. Бренда говорила, что нет смысла чистить ее ежедневно, но она ничего не понимала – за моей машиной нужен был уход. Никто не смел садиться в нее с грязной обувью или – не приведи господь! – едой. Я надеялась, что смогу всегда поддерживать ее в состоянии «как новенькая».

А теперь Рэй ее отбирал. И месяца не провели вместе…

– Хватит дуться, – раздраженно сказал он, когда вернулся и вызвал лифт. – Вы устроили черт знает что.

Я не отвечала, отчаянно пытаясь сдержать слезы. Рэй нажал на кнопку парковки: точно, мы спускались за моей малышкой.

Но ведь это был подарок! Интересно, а он прямо по документам мог ее отнять? Если так, то это было отвратительно с его стороны. Что за мужчина требует возвращения подарка только потому, что мы с друзьями вместо ланча посмотрели трансляцию?

Уже на парковке я решила, что буду драться, нащупала в кармане ключи от дома и пропустила самый большой между пальцами. Просто так моя малышка ему не достанется!

– Дай ключи, – протянул руку Рэй.

– Нет, – жестко ответила я.

И, пока он не обернулся, начала доставать ключи из кармана…

– Не шуми, пожалуйста. Лондон сейчас стоит, как кровь в трупе, а я знаю, как нам быстро доехать.

До меня начало потихоньку доходить, что он, кажется, собирался меня куда-то отвезти. То есть, возможно, сейчас слишком рано прокручивать в мозгу все самые худшие расклады?

– Ладно… – протянула я и достала ключи от машины, бросая вторые обратно в карман.

– Не стой, прыгай на пассажирское, – быстро ответил Рэй.

Мы закинули наши вещи на заднее сиденье, расселись в машине как-то странно – мне очень не хватало руля в руках – и выехали с парковки.

– Ты меня… уволил? – медленно произнесла я.

– Что? – поморщился Рэй. – Я садист, а не диктатор. Задам пару вопросов Гуд о вашей гребаной дисциплине, но это точно не повод для увольнения.

– Ты не мог бы тогда в таких случаях… – До истерики оставался один шаг. – Как-то по-другому подобрать слова?

– А что такого я сказал?

– «Собирай вещи и на выход».

– Это просто твое восприятие. Сама решаешь, как трактовать простые слова. И ты же решаешь, как на них реагировать.

– А давай я воткну тебе нож в ногу, а ты решишь, кровоточить или нет? – Все, сорвалась. – Просто мог бы сказать, что нам надо уехать!

Рэй остановился на светофоре, повернулся ко мне и схватил за лицо.

– Уна, у меня очень тяжелый день сегодня. Понимаю, тебе сложно молчать в такой ситуации, но давай отложим этот разговор до… вечера?

– Ты точно не собираешься меня убить?

Он устало покачал головой и прижался своими губами к моим.

– Сейчас – нет. Но я могу передумать.