Я рассекал лед, и звук лезвий, скользивших по застывшей поверхности, эхом разносился по арене.

Мне требовалось сосредоточиться на тренировке, но из головы не выходила она – девушка с волнистыми черными волосами и зелеными глазами, покорившими мою душу.

– Эй, земля вызывает Линка. Ты играешь? – упрекнул меня Ари, выводя из оцепенения, в которое я впал.

Девушка мечты. Вчера эти слова вырвались сами собой, но такое описание идеально подходило Монро. Ее образ словно проник мне под кожу. Подумать только, она и понятия не имела, какой эффект на меня произвела.

– В общем, я тут обсуждал с Бендером, куда бы нам сходить в пятницу, когда мы будем в Нью-Йорке. Ты с нами? – спросил Ари, пока мы очерчивали очередной круг по льду.

Неделю назад у меня бы слюнки потекли при одной только мысли о поездке. Еще недавно я считал, что развлекаться с девушками с восточного побережья восхитительно. В постели они всегда вели себя как дикарки – сексуальные создания, ожидающие, когда их выпустят на волю, позволят сбросить застегнутые кардиганы и жемчужные серьги.

Но сейчас… мысль о любой другой девушке доставляла столько же удовольствия, сколько удар по члену.

– Парни, давайте просто сходим в бар и посмотрим игру.

Ари швырнул в меня перчатку.

– Мужики, вы это слышите? Золотой мальчик похоже заболел, – бросил он, объезжая меня по кругу.

– Что за хрень? – удивился Бендер, приподняв бровь.

– Может, тебя больше не привлекают девочки? – крикнул Ари.

Я вздохнул, а когда Ари снова проезжал мимо меня, клюшкой подставил ему подножку, отчего тот растянулся на льду.

Стоявший неподалеку Питерс хохотнул.

– Вам платят за то, чтобы вы сплетничали, как на пижамной вечеринке, сраные черви? – возмутился тренер, выехав на лед.

Для пущей убедительности он пару раз дунул в свисток, и мы начали разминку: катались по площадке кругами, постепенно набирая скорость. Обычно я всех обгонял, но сегодня не мог сосредоточиться, мой разум поглотили мысли о ней. Одержимый желанием вспомнить каждое слово, сказанное Монро прошлым вечером, я раздумывал над тем, как приблизить наш следующий разговор.

– Дэниелс, вытащи башку из задницы и приступай к передачам! Разве ты хочешь, чтобы нью-йоркцы тебя поимели?! – ревел тренер.

Я стиснул зубы, попытавшись взять себя в руки.

– О, он хочет вовсе не этого, – хитро прошептал Ари.

– Чувак, да что с тобой не так? – прошипел Питерс, впечатывая меня в стеклянный борт.

В ответ я лишь покачал головой. Мы тем временем перешли к отработке силовых приемов и ударов пенальти, и я старался повторять движения команды.

Интересно, чем в этот момент занималась она? Может, с ней прямо сейчас говорит какой-нибудь парень? Руки у меня так и чесались схватить телефон и проверить. Обычно в это время дня, если верить приложению, она работала в кабинете врача, но мне отчаянно хотелось в этом убедиться.

Тренировка наконец закончилась, и я, не обращая внимания на ворчание тренеров, первым покинул лед и практически бегом вернулся в раздевалку, чтобы заглянуть в телефон. Монро прислала сообщение с благодарностью за вчерашний вечер, и я тут же спросил, как проходит ее день. На самом деле я жаждал узнать, куда она ходила, с кем общалась и была ли готова к тому, что я пошатну ее мир.

Однако мне приходилось тормозить себя и играть в долгую.

Вдруг написал мой агент, напомнив, что сегодня вечером у меня фотосессия, и я не смог подавить стон. Только этого мне не хватало.

Ари скользнул на скамейку рядом со мной.

– Черт, Линк, кажется, такой плохой игры я у тебя еще не видел, – сухо сказал он.

– И все равно я играл лучше, чем ты, козлина, – съязвил я.

Друг закатил глаза.

– Так ты собираешься с ней встретиться? Вытрахать из своих мыслей? Мне нужно, чтобы ты включился в игру. Половина команды все еще сосет по полной.

Я только ударил его по плечу и поморщился, ощутив на руке пот.

– У меня все схвачено. Ты же знаешь, – я усмехнулся, достал свои вещи из шкафчика и направился в душ.

Пора приводить план в действие.

На съемку для журнала я приехал в чудовищном настроении. Мы уже сотрудничали с этим фотографом, поэтому из вежливости я постарался выдавить улыбку, но понимал, что ночка меня ждет длинная.

Положение знаменитости обязывало являться на подобные съемки. Людям нравилось видеть меня в обтягивающем нижнем белье. Их можно понять, но порой я охреневал от того, во что превратилась моя жизнь.