Я хмурюсь и скрещиваю руки на груди, надеясь, что это по крайней мере скроет мою дрожь. Но когда ужасные сценарии, куда хлеще по красочности, чем примеры, которыми поделился лакей Кроноса, проносятся в моей голове, у меня начинают дергаться ноги.

Может, Кронос собирается вырезать долг из моей плоти? Например, вырвет мои ногти, сломает или отрежет руку?

Меня сейчас стошнит.

Когда мы подъезжаем к бару, время приближается к шести часам, и солнце уже начинает опускаться за горы. Небо становится сумрачно-голубым, а мимо нас проходит группа смеющихся мальчишек, студентов колледжа, которые забрались слишком далеко от безопасной зоны.

Охранник, ставший мальчиком на побегушках, ждет, пока ребята пройдут, а затем открывает мою дверь и хватает меня за плечо, практически втаскивая внутрь бара. Мои каблуки застревают в решетке перед входом, и я оступаюсь из-за нашей спешки. Бар почти пуст. Полагаю, толпа соберется здесь только ближе к вечеру, но вдоль стены в кабинках сидят несколько мужчин, по всей видимости, члены банды Титанов.

– Тебе необязательно меня тащить, – я пытаюсь вырвать свою руку из его хватки, но он держит меня слишком крепко.

– Я с удовольствием послушаю твои крики через дверь, – хихикает он себе под нос.

– Ты никогда не слышал, как я кричу, – на этот раз мне удается вырваться, но тут двери офиса распахиваются, и в дверном проеме появляется Кронос.

– Черт возьми, почему так долго? Веди ее сюда! – он оглядывается по сторонам, а потом снова смотрит на своего охранника. – За вами следили?

– Нет, сэр.

– Отлично, – он отходит в сторону, и охранник проталкивает меня в дверной проем, о который я спотыкаюсь.

В офисе Кроноса находится еще один мужчина. Он кажется здесь таким же неуместным, как и я. По его брюкам цвета хаки и синей рубашке на пуговицах я бы скорее предположила, что он офисный клерк, а не завсегдатай бара. Мужчина сидит в одном из двух кресел перед большим письменным столом, а на его рубашке под мышками я вижу пятна пота.

Он наименее угрожающий человек в комнате, поэтому я резко оборачиваюсь и свирепо смотрю на Кроноса, который закрывает за собой дверь. Выражение его лица бесстрастно, но я не могу не думать о том, что происходит у него в голове. Вряд ли он радуется тому, что я потерпела неудачу. В конце концов, мое время вышло. Прошел месяц с тех пор, как он приковал меня наручниками к столу и поставил клеймо в виде песочных часов.

Я смотрю на неразожженный камин, а Кронос опускается в кресло за столом и жестом предлагает мне занять последнее свободное место.

– Тебе удалось скрыть мое клеймо. Похоже, этот метод был неэффективен. Зачем повторять то, что не работает?

Я молчу и не двигаюсь, а мое сердце бешено бьется, пока я ищу… не знаю, какой-нибудь выход.

– Маска у тебя?

Я пытаюсь нацепить на себя безразличие, на которое я полагалась раньше, но у меня такое чувство, что оно меня больше не спасет.

Страх стягивает мой желудок узлом, и я не могу ответить. Я открываю рот, но из него не вылетает ни слова.

– Значит, нет, – заключает Кронос и, вздыхая, крутит кольцо на своем пальце.

– Я так и думал. Вот Генри здесь по тем же причинам. Он одолжил денег у акулы, но забыл о ее зубах.

Парень в костюме цвета хаки вздрагивает при упоминании своего имени, но Кронос игнорирует его.

– Ты помнишь о нашем соглашении?

– Да, – мне приходится заставлять свои связки работать, но горло с каждой секундой сжимается все сильнее.

– На твоем долге двойная процентная ставка, – глаза Кроноса загораются. – Так что тебе светит пожизненное заключение, девочка-невидимка.

– Я…

– Не так быстро, – он встает, опираясь руками на металлический стол, и наклоняется вперед. – Ты помнишь, что я сказал? Я не могу никому позволить выставлять меня дураком.

Я тому пример.

– Садись.

Я чувствую, как у меня подкашиваются ноги, и поэтому я осторожно отодвигаю кресло. Ни за что я не позволю ему снова взять меня за руку или сделать что-то похуже.

– В последний раз, когда ты была здесь, ты была такая смелая, – размышляет Кронос, опускаясь обратно в кресло, а в его руке появляется нож, лезвие которого сверкает в тусклом свете. – Где та девушка, и кто ты? Страх превратил тебя в тихую мышь? Неужели небольшая боль лишила тебя мужества?

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки. В прошлый раз я понятия не имела, что меня ждет, и за последние тридцать дней я прошла через адские душевные муки. Так что да, той девушки давно уже нет.

– Ты заняла у меня пятьдесят тысяч долларов, – он достает калькулятор. – Плюс удвоенные проценты. В связи с твоей ненадежностью мы договорились с тобой о ежемесячных платежах. Если они своевременны, то проценты не начисляются. Если ты опаздываешь с платежом, начисляются пени. Все просто.

Просто.