Я первая прерываю зрительный контакт и, взяв сумку, отношу ее к шкафу, быстро запихивая в нее одежду, которая может мне понадобиться. Я не знаю, как долго мне придется отсутствовать в своей квартире. Вероятно, пока все не уляжется. А это может занять недели, хотя я очень надеюсь, что не дольше.

Закончив собирать одежду, я иду в ванную комнату, не обращая внимания на то, как Вульф прислоняется к стене. Запираясь изнутри, я бросаю сумку на пол и позволяю себе расслабиться. Но, вопреки ожиданиям, несмотря на то что мои глаза просто горят, слезы из них не текут. Я видела, как умер человек, как Кронос выстрелил в него, будто это ничего не значило. Я просто осматриваю себя в зеркале, и мне кажется, что девушка в отражении – это не я. На моем лице пятна крови, которые я пропустила, вытирая лицо толстовкой СФУ. Я беру полотенце и мочу его водой, чтобы протереть кожу, пока она не становится чистой. Я борюсь с желанием снять с себя рубашку и встать под обжигающе горячий душ. Только он сможет избавить меня от мурашек, но я не могу представить себе, что произойдет с Вульфом по другую сторону двери. Отбросив полотенце, я неохотно собираю свои туалетные принадлежности, беря самое необходимое. Косметичку, средства для умывания.

Не слишком ли много я думаю об этом?

Ручка запертой двери дергается, а затем дверь открывается внутрь. Вошедший Вульф оценивающе смотрит сначала на меня, а затем на окровавленное полотенце в раковине.

– Ты в порядке?

– Просто отлично, – я застегиваю молнию на сумке и вешаю ее на плечо. – Я готова, но не думай, что я этому рада.

– Поверь мне, цветочек, – ухмыляется он, забирая у меня сумку. – Никто не решит, что ты рада.

Я хмурюсь и окидываю прощальным взглядом свою квартиру. Мой ноутбук и тетради до сих пор находятся в библиотеке, где их оставил уже мертвый охранник. Возможно, мои вещи найдены кем-то или похищены. В горле образуется комок, который не получается сглотнуть ни когда я закрываю дверь своей квартиры, ни когда сажусь обратно в машину Вульфа.

На этот раз мы бесшумно едем по темному городу, пока не добираемся до их гигантского дома. Я поражаюсь деталям, которые упустила из виду, когда была здесь в прошлый раз. Таким, как статуя в центре фонтана, цветочные клумбы, обрамляющие переднее крыльцо с колоннами наподобие тех, что украшают фасад «Олимпа», но практически не дают тени или защиты от дождя.

Вульф заезжает в гараж и глушит двигатель машины.

– Не надо… – говорит он, на мгновение прикусывая зубами нижнюю губу, когда я бросаю на него взгляд. – Не принимай близко к сердцу ничего, что он говорит.

– Кто? Джейс? – удивленно спрашиваю я.

– Или Аполлон.

– Или ты?

– Ты вела себя глупо, – его глаза сужаются.

– Как ты и советовал, я не принимаю твои слова близко к сердцу, – я приподнимаю бровь. – А ты был знаешь кем? Ладно, забудь, черт возьми.

Я выхожу из машины и беру свою сумку. Позже я выясню, где они собираются устроить меня на ночь, а прямо сейчас я просто хочу быть подальше от Вульфа.

Однако это место похоже на лабиринт. Коридор из гаража ведет мимо открытых дверей затемненных комнат, по которому я петляю, пока не нахожу огромную открытую кухню. У одной стороны широкого острова стоит Аполлон и рубит что-то зеленое, а Джейс сидит с другой стороны на табурете. Его взгляд прикован к чему-то, что лежит у него на коленях, и какое-то время я изучаю его из тени коридора.

Мой желудок вновь издает несвоевременное урчание, и Джейс поднимает взгляд. Теперь в нем видны эмоции.

– А вот и звезда этого дня.

Аполлон тоже поворачивает голову в мою сторону.

– Ты убил Кроноса?

Джейс встает и кладет на столешницу мой рюкзак, а его ремни падают в опасной близости от ножа Аполлона, но это не мешает Джейсу расстегивать молнию и медленно вытаскивать мои вещи.

– А ты хотела, чтобы мы его убили?

Он достает ноутбук со шнуром для зарядки, два блокнота, тонкий пенал с ручками, калькулятор… А я продолжаю держаться в тени, пока он вторгается в мою личную жизнь. Интересно, собирается ли он сделать то же самое с вещами в моей спортивной сумке.

– Удовлетворил свое любопытство? – наконец спрашиваю я.

– Я только начал, – качает он головой, прикасаясь к каждому предмету по отдельности.

– Джейс, – произносит Аполлон себе под нос.

– А я и не подозревал, что наша девочка-невидимка была такой гребаной идиоткой, – гнев Джейса сильнее, чем у Вульфа, это видно по тому, как он сжимает кулаки и опирается костяшками на столешницу.

Это впечатляет – наблюдать, как он закипает, но изо всех сил пытается взять себя в руки. Впечатляет и пугает.

Я бросаю свою спортивную сумку на пол и выхожу из тени.

– Как будто ты оставил мне другой выбор.

– Конечно, нет, – смеется он.

– Ты уничтожил мой единственный шанс на будущее, – я сжимаю кулаки.

Я не люблю насилие, но мне никогда не хотелось ударить кого-то больше, чем я хочу ударить сейчас его.