Как только мы входим в помещение, женщина у стекла останавливает свою беспокойную ходьбу, а Вайолет вскакивает на ноги.

– Зачем ты втягиваешь в это его? – шипит женщина, но мой отец не реагирует.

Какое-то мгновение он просто смотрит на нее, а затем кивает своему охраннику, безмолвно отдавая какое-то распоряжение. Судя по всему, это новый сотрудник службы безопасности, так как ранее я не встречал его среди телохранителей, нанятых моим отцом, и даже его имя мне неизвестно. Но, кажется, у него отсутствует моральный кодекс, ведь, подойдя к женщине, он хватает ее за руку и тащит к нам.

– Пора бы ему узнать все семейные секреты, вы не находите? – качает головой мой отец, а затем указывает на женщину пальцем. – Грейсон, это Ли Рис, мать Вайолет.

Как я и предполагал.

Не дождавшись от меня никакой реакции, отец снова поворачивается к миссис Рис.

– С тобой мы продолжим через минуту, а теперь немного поговорим о твоей дочери.

Я приподнимаю плечи. Лучше бы он не позволял своему охраннику обращаться с Вайолет так же, как с ее матерью, а иначе я сойду с ума.

– Вайолет, – в голосе моего отца появляется холодок, похожий на… разочарование?

Вайолет вздрагивает. Она снова садится в кресло в дальнем углу, выглядя при этом такой чертовски маленькой, что мне приходится напрячь каждый мускул своего тела, дабы сдержать рвущуюся из меня реакцию. Мне нужно знать, что планирует мой отец, а это значит, я должен позволить ему раскрыть еще несколько карт, прежде чем смогу начать действовать.

Он не ждет, пока она встанет, а вместо того снова посылает своего гребаного охранника. Я сжимаю руки в кулаки, дабы сдержать свой гнев, когда он грубо поднимает ее с кресла и ведет к нам.

Вайолет протестующе пищит, и ее взгляд устремляется на меня, так как она думает, что я могу его остановить. Ей интересно, что заставляет меня стоять неподвижно в двух шагах от моего отца.

Телохранитель подводит Вайолет к ее матери, но она быстро делает шаг назад, видимо, не желая стоять с ней рядом.

– Кажется, мы договорились с вами, юная леди, – говорит мой отец, и, сглатывая, она замирает.

К горлу подступает тошнота, пока я наблюдаю за движением ее горла и тем, как она вытягивает руки перед собой, скрещивая пальцы. Мне не нравится, что она оказалась здесь, и претит видеть ее в нервозном состоянии. Телохранитель моего отца поймал ее в сеть подобно рыбе или произошло что-то похуже? Ее привела сюда мать? Или она пришла сюда, потому что мой отец попросил об этом?

Мне нужно подтверждение тому, что именно из вышеперечисленного произошло сегодня, однако, независимо от обстоятельств, эта встреча отца с Вайолет будет последней. Я об этом побеспокоюсь.

– Вообще-то она собиралась держаться от тебя подальше, – говорит отец, бросая на меня взгляд.

Как мой отец стал таким… У меня так много вопросов, но я не знаю, хочу ли получить на них ответы.

– Физиотерапия нынче стоит дорого, а юная Вайолет Рис надеется когда-нибудь снова стать балериной. Поскольку ты отнял у нее эту возможность, я полагал, что для нее не составит труда держаться от тебя подальше, чтобы снова обрести ее. – Отец прищуривается, глядя на Вайолет. – Но она не смогла этого сделать, не так ли?

– Физиотерапия? – ее мать удивленно ахает.

– Нет, – отвечает Вайолет спокойным голосом.

Ее голос спокоен, а выражение лица совершенно бесстрастно. Она игнорирует свою мать и вместо этого отвечает отцу, будто бы обращаясь ко мне. Она не собирается мириться с тем, что происходит, и, видимо, доверяет мне настолько, что отказывается от любой лжи.

– Наше соглашение отменяется, – рычит отец, взмахивая рукой. В эту же секунду охранник, превратившись в слугу, достает папку с бумагами из папиного портфеля в другом конце ложи.

Как только папка оказывается у отца, он пролистывает лежащие в ней бумаги.

– Четыре тысячи четыреста шестьдесят три доллара и пятьдесят два цента, – медленно читает он. – Ты можешь выписать мне чек или я возьму наличными.

Он протягивает Вайолет счет. Сделав шаг вперед, я вырываю папку из его рук и открываю ее на первой странице.

– Что ж, интересно, – говорю я, пробегая взглядом по счету, который включает в себя список из проходимых Вайолет процедур, а также оплату услуг клиники и налогов.

Это смехотворно и совершенно нелепо. Оплата услуг составляет почти сорок процентов этого счета, и пусть мой отец даже не думает указывать на это.

– Грейсон! – рычит отец, но я не могу больше притворяться.

– Отвали, пап! – вау, это звучит лучше, чем я думал. – Пошел ты со своей претенциозной идеологией! Ты не будешь унижать женщину, которая является самым главным человеком в моей жизни.

Я протягиваю Вайолет руку, и она шагает вперед. Как только ее ладонь соприкасается с моей, я притягиваю ее к себе и обнимаю за плечи. С моих плеч мигом спадает груз.