Я открываю дверь квартиры Аспен и тихо проскальзываю внутрь. В помещении темно, как и должно быть в это время суток, однако я не мог уснуть и сейчас хочу лишь одного – прижаться к моей девочке, вдохнуть ее запах, почувствовать ее изгибы. Я хочу заставить ее стонать и шептать восхитительные непристойности в полудреме…

Я слишком поздно замечаю движущуюся тень. Она словно отделяется от стены и устремляется ко мне, и я врезаюсь в стену, едва успев поднять руки. Это больно, и я не могу сдержать стон, но на тренировках я получал гораздо более сильные удары. Поэтому усилием воли я преодолеваю боль и продолжаю движение, автоматически разворачивая корпус. Мое плечо упирается ему в живот, и он делает шаг назад. Тень начинает бить меня кулаками по бокам, и я понимаю, что если не отвечу ей тем же, то мне несдобровать. Удары настолько сильные, что у меня трещат ребра. Пошатываясь, я отступаю, но он снова бросается на меня и валит на пол. Мы падаем на табурет, стоящий у кухонного стола, и вместе с табуретом падаем на пол. Мы катимся по полу, и вдруг он оказывается сверху и обхватывает руками мою шею.

Сжимает.

Я цепляюсь за запястья незнакомца и поворачиваю голову. С этого ракурса я могу разглядеть его темные татуировки и холодные глаза, от вида которых по моей коже бегут мурашки.

– Дядя! – кричит Аспен. – Прекрати!

Внезапно она оказывается рядом и хлопает его по плечу.

Он поднимает на нее взгляд, а перед моими глазами уже все меркнет.

– Отпусти его, – требует она. – Это Стил.

Как только он разжимает пальцы, кровь снова приливает к моему мозгу. Я задыхаюсь от ярости и от того, что этот человек только что уложил меня на спину. Мне не сразу удается вспомнить его имя, но затем в моей памяти словно вспыхивает лампочка: Киллиан Монро.

Дядя Аспен отталкивает ее, и, проследив за его взглядом, я замечаю у входа Талию, которая стоит там, закутавшись в халат. Я вскакиваю на ноги, слишком рассерженный, чтобы позволить им увидеть меня распластанным на полу. Комната кружится перед глазами, и я, не обращая внимания на боль в голове, опираюсь на кухонный островок.

Черт.

– Как ты? – Аспен проходит мимо своего дяди и нерешительно протягивает руки, как будто не знает, стоит ли меня касаться.

– Отлично, – бормочу я.

Мое настроение ухудшается, и я обращаю внимание на мужчину, который стоит за плечом Аспен.

– Полагаю, вы Киллиан Монро?

– А ты тот урод, который превратил жизнь моей племянницы в сущий ад?

Я хочу возразить, но умолкаю, потому что, честно говоря, признаю свою вину.

– Кто-то еще мог проникнуть в эту квартиру? – спрашиваю я, обнимая Аспен за плечи и прижимая ее к себе.

Должно быть, она спала в одной длинной футболке, а прежде, чем выйти из комнаты, надела рубашку и спортивные штаны, которые скрывают ее ноги и облегают щиколотки. Если подумать, эта футболка могла бы быть моей, и это делает меня бесконечно счастливым.

– Больше никто не мог сюда зайти, – отвечает Киллиан, прищурив глаза. – А что?

– Из комнаты Аспен пропала папка с нотами.

Кроме того, недавно выяснилось, что мои копии ключей от квартиры Аспен не подходят. А это означает, что замки были заменены. Конечно, я быстро решил эту проблему и сделал новый комплект до того, как Аспен заметила пропажу своих ключей с брелока. Однако меня беспокоит то, что некоторые люди считают возможным просто прийти сюда и взять то, что им не принадлежит.

– Вы разбили здесь лагерь? – продолжаю я, глядя на Талию.

Не исключено, что причиной утренней подавленности Аспен является ее соседка. Ведь если в их гостиной или на кухне не происходило чего-то, что заставило ее почувствовать себя неловко, зачем бы Аспен понадобилось покидать квартиру через окно? Чем больше я об этом размышляю, тем больше склоняюсь к мысли, что Талия может быть вовлечена в этот инцидент.

Заметив, что девушка избегает моего взгляда, Аспен смотрит на нее с суровым выражением лица.

– Это правда? – спрашивает дядя у Аспен, переводя взгляд с меня на нее.

– Я думала… – начинает Аспен, опустив взгляд в пол. – Уверена, что вскоре все прояснится, – произносит она неуверенно, в то время как я не могу сдержать раздражение.

– Обязательно обсуждать это в два часа ночи? – спрашивает Талия. – Ну правда, мужчины.

Она проходит мимо нас, поднимает с пола стулья и, бросив сердитый взгляд через плечо, уходит в спальню.

– Я пойду спать.

– Сладких снов, – язвительно отвечает Киллиан, и я морщусь.

Аспен фыркает и берет меня за руку, переплетая наши пальцы. Она направляет меня следом за Талией, и мы проходим вдоль темного коридора к своей спальне. Закрыв дверь, Аспен прислоняется спиной к окрашенному дереву и кладет руку на дверную ручку.

– Что ты здесь делаешь?

– Как долго твой дядя у вас ночует? – меняю я тему разговора и касаюсь рукой своего горла.

Мне не нравится, когда другие люди берут надо мной верх.