— Айви Хайтауэр? — спрашиваю я, сморщив нос. Эта сучка торчала, как и я, находясь в летнем лагере для неимущих детей, по крайней мере, до того, как нас выкинули (Аарон тоже вылетел, по счастливой случайности) Кто знает, может наша стычка в прошлом году что-то предопределила? — Почему именно она?

— Потому что она работает за траву и у нее длинный язык. Она быстро распространит новости по всей школе. Черт, да по всему городу. Эта малышка знает толк в сплетнях, — качая головой, Вик возвращается в дом и оставляет дверь открытой.

Интересно, он хочет принять душ вместе со мной?

Я снова сжимаю кулаки, облизнув губы.

— Твоя одежда уже лежит на полке, — говорит Оскар, глядя на меня через свои линзы, и улыбается. Не самой доброжелательной улыбкой, для справки. Его серые глаза отражают все пошлые мысли в его голове, хотя его голос совершенно спокоен. Наверно, это требует бешеных усилий — вот так вот делать вид, сложно жизнь вообще тебя не интересует. — Нижнее белье тоже. У Вика определенный вкус.

— Ага, пофигу, — говорю я, протискиваясь между Хаэля и Каллума внутрь. Вик находится в ванной. Стоит без футболки и чистит зубы. Он кивает головой на уже включенный душ.

— Ты первая, — мямлит он, не отвлекаясь от чистки зубов. Трудно представить, что кто-то может напугать тебя своим внешним видом, когда его рот наполнен мятной пеной, но каким-то образом, Вик прекрасно справляется с этим. Уверена, что он смог бы пырнуть любого своей зубной щеткой, как ножом.

— Ладно.

Я торможу у туалета, рассматривая занавеску душевой, и снимаю куртку, а за ней и майку. Я не смотрю на него, но чувствую, как Вик следит за каждым моим движением. Расстегиваю застежку на лифчике, снимаю обувь, джинсы, и, наконец, трусики.

Я еле дышу и отчаянно пытаюсь сделать вид, что по спине не стекает пот, а сердце сейчас не выпрыгнет из груди. Залезаю в душ. Как только занавеска закрывается, я могу спокойно вздохнуть, мою тело, намыливаю волосы и брею ноги. Я уже собиралась вылезать, но тут Вик появляется в кабинке, полностью обнаженный, и пялится на меня своим диким взглядом.

Глаза скользят по его вытянутому мускулистому телу и находят то, что искали — большой идеальной длины член. Он больше, чем я представляла.

Поднимаю глаза обратно к его лицу и натыкаюсь на ухмылку во весь рот.

— Я бы тебя трахнул, если бы не эта встреча, — говорит он, потянувшись за шампунем. Его мокрая рука касается моего плеча, и я дрожу. Виктор тормозит, отпрянув, и отодвигает занавеску.

— Вылезай, Бернадетт.

Мой взгляд вновь опускается туда.

— Нравится то, что видишь? — из его горла доносится рык. Он наклоняется ко мне, опершись рукой о стену над моей головой.

Встречаюсь с ним взглядом.

— Аарон сказал, что мне не понравится спать с тобой, — говорю я, смотря, как изогнулась его темная бровь, а по лицу побежали капли. Здесь стало жарко и душно. И дело не только в горячем душе.

Нет, черт возьми, прямо сейчас здесь происходит куда больше, чем просто водные процедуры.

— Разве? — Вик берет меня на слабо, и держать лицо серьезным становится все труднее.

— Думаю, он не прав, — честно отвечаю я, а затем выхожу из душа, задернув за собой занавеску. Мужской смех преследует меня, пока я вытираюсь насухо и надеваю выбранный наряд. В какой-то момент из-за занавески доносились характерные звуки.

Он мастурбировал.

Щеки вспыхивают, и я разворачиваюсь на каблуках, торопясь выйти наружу, где сразу обнаруживаю Айви Хайтауэр. Позади нее, точно телохранитель, стоял Хаэль.

— Берни, — произносит она приторно-сладким голосом. Волосы ее завязаны в высокий хвост, макияж что надо, а ее бровям можно позавидовать. Терпеть ее не могу, но признаю, что она хороша в своем.

— Айви, — я отступаю от двери, закрывая ее. Не только потому, что этот ублюдок трогал себя, зная, что все слышу, но еще и заставил меня напялить эти кружевные трусики, в которых мне придется ходить весь день. Скорее из-за этого.

В зоне столовой откуда-то взялись стулья и сет для нанесения макияжа. Я сажусь, и Айви приступает к работе. Не проходит и двух минут, как ее испуг от Хавоков испаряется, раскрывая ее ротик для новых сплетен.

— Сегодня утром Билли и Кайлер такое устроили, — начинает она, орудуя своей бритвой по моим бровям. — Они орали друг на друга, а Билли кидалась вещами, за которые и не думала платить.